ПРЕДИСЛОВИЕ


Материалы, которые легли в основу этой книги, знакомящей нас с миром так часто неверно понимаемой буддийской тантры, были почерпнуты из лекций, прочитанных в период между 1975-м и 1983 годами ныне покойным тибетским монахом Тубтэном Йешей, известным в кругу многочисленных учеников под ласковым именем Лама Йешей.
Лама Йешей родился в местечке Толунг, что неподалеку от Лхасы, в 1935 году и с шестилетнего возраста посещал занятия в монастыре Сера Чже, где получил прекрасное духовное и академическое образование. После того как в 1959 году китайцы взяли бразды правления в свои руки, Лама Йешей покинул родину, завершил образование в лагере для беженцев в Буксудуаре на северо-востоке Индии и в конце концов поселился в Непале - рядом с Боудханатской ступой, поблизости от Катманду.
Именно в Непале было по-настоящему положено начало общению Ламы Йешей с уроженцами стран Запада, и к 1971 году Ламой Йешей и Ламой Зопой Ринпочэ был основан Непальский Центр Гомпа Махаяны на Копанском холме - место проведения ежегодных медитативных курсов, привлекавших неизменно растущее число учеников. Этим ученикам в конечном итоге предстояло основать более тридцати центров изучения и практики буддизма на Западе, и последние десять лет своей жизни Лама Йешей провел в разъездах между этими и другими центрами, передавая учение, выступая в роли организатора и - что, быть может, самое важное - вдохновляя всех своим собственным примером неутомимого служения на благо живущим. Лама Йешей скончался 3 марта 1984 года, на рассвете тибетского Нового года в госпитале Седарс-Синай в Лос-Анджелесе. Смерть Ламы была вызвана тяжелым заболеванием сердца, угрожавшим его жизни на протяжении более двенадцати лет. '
Идея создания этой книги возникла еще в 1981 году, когда Лама Йешей заметил, что, как ему кажется, существует необходимость в публикации, которая познакомит западных учеников с буддийской тантрой не с точки зрения специальных рекомендаций и техник, а в легко доступной для понимания манере изложения. Даже несмотря на то что в различных тибетских традициях тантра рассматривается как наиболее глубокое и продвинутое из учений, Лама считал, что ее основная идея очень проста и понятна, и, кроме того, крайне актуальна для жизни в XX веке.
Как неоднократно повторял Лама Йешей, Запад научился разрабатывать богатейшие источники природной энергии, однако по-прежнему пребывает в полном неведении относительно той огромной, превосходящей по своей мощи ядерную энергию силы, что находится внутри каждого из нас. До тех пор пока эта мощная внутренняя энергия не будет использоваться, наша жизнь будет обречена на раздробленность и бесцельность; мы по-прежнему будем становиться жертвами ментального и эмоционального давления, столь характерного для нашего столетия. Практика тантры - учения, разработанного с целью освоения скрытых внутренних ресурсов и максимального их использования, - предоставляет нам великолепную возможность преодолеть это давление и трансформировать свою жизнь в значимое интегрированное целое - то, чего мы все так жаждем.
С точки зрения Ламы Йешей, практика тантры очень подходит для современного западного мира потому, что она "научна". Другими словами, тантра по своей сути далека от системы догм, принимаемых исключительно благодаря силе веры или авторитета. В действительности тантра является практическим учением, шаг за шагом исследующим состояние человека и ведущим его к самопознанию; результаты этой практики поддаются проверке через наблюдения и непосредственный опыт. Именно такой акцент на живое переживание опыта должен привлечь к тантре внимание очень многих жителей Запада, на протяжении долгого времени разочаровывавшихся в духовных школах, требующих только слепой веры и косных убеждений. Более того, как это должно стать предельно ясно из последующих глав, тантра - это путь радости и утверждения; а именно этих качеств так досадно не хватает многим в настоящее время обескровленным, а когда-то мощным духовным традициям.
Зимой 1982/83 года неподалеку от местечка Чечина в Италии был проведен "редакционный ретрит", целью которого было просмотреть многочисленные стенограммы лекций по тантре, прочитанных когда-либо Ламой Йешей. У участников этого ретрита скопились сотни записей бесед Ламы Йешей, проводившихся в Англии в течение всего предыдущего десятилетия; каждый участник сконцентрировал свое внимание на конкретной лекции или группе лекций, имевших отношение к определенной тантрийской практике. В результате их работы, а также работы последующих редакторов, ряд этих записей был опубликован с учетом максимальной приближенности по стилю и употреблению слов к оригиналу.
Работая над конкретными группами лекций, редакторы так же попытались определить основные темы введения в тантру, общие для всех лекций Ламы Йешей. Каждая стенографическая запись была тщательно исследована с целью выявления того, как была подана та или иная тема в конкретной лекции. Таким образом, из многочисленных источников было отобрано огромное количество материала, который в свободной форме был распределен в соответствии с тематическими положениями лекций. С этого момента усилия редакторов были уже направлены на изучение материалов, имевших отношение к тантре в целом, оставив более детальное объяснение конкретных практик для отдельных публикаций.
Составитель данной работы отредактировал и логически выстроил отобранный материал, пытаясь придать книге форму связного рассказа. Получившийся черновик был зачитан Ламе Йешей в апреле 1983 года в индийском городе Дхарамсала, и тот внес в него множество исправлений и дополнительных пояснений, сделав предложения по усовершенствованию как общего стиля повествования, так и предметного изложения материала. В течение того года он продолжал путешествовать с лекциями по разным странам. Избранные отрывки из этих лекций (в особенности из тех, что состоялись в городе Помайя в Италии и местечке Боулдер Крик в Калифорнии) были внесены в рукопись.
Я надеялся, что заново переработанный материал будет еще раз согласован с Ламой Йешей, однако этому не суждено было случиться. На протяжении многих месяцев после его кончины моя работа над рукописью практически не двигалась с места. Для меня оказалось крайне сложным редактировать слова Ламы: я с трудом мог смириться с печальным, но непреложным фактом его смерти. Меня преследовала мысль о том, что я больше никогда не услышу родной, звенящий смехом голос, произносивший эти слова. Наконец благодаря доброте и исключительному терпению поддержавших меня друзей мне удалось завершить начатое дело и предложить вашему вниманию рукопись в том виде, в каком она есть сейчас.
Однако я не могу совершить это подношение без нескольких слов извинения или, по крайней мере, разъяснения. Ни один из тех, кому когда-либо довелось услышать выступление Ламы, не допустит и мысли о том, что то поразительное, ни с чем не сравнимое воздействие, которое Лама оказывал на слушателей, можно передать с помощью печатного слова. Как это характерно и для многих других великих учителей, сам эффект присутствия Ламы Йешей порождал искорку, наполнявшую его учение необыкновенной значимостью и силой, - гораздо в большей степени, чем его крайне неортодоксальный и часто грамматически неправильный английский язык. Данная подборка бесед Ламы Йешей, изложенная более или менее стандартным языком, скорее всего покажется читателям, знакомым с Ламой, бледной имитацией оригинала. Более того, работа такого толка никоим образом не может претендовать на точное отражение взглядов Ламы Йешей на тантру. Как свидетельствуют исторические источники, первоначальное изложение учения Буддой Шакьямуни понималось на многих уровнях, число которых соответствовало числу слушателей; то же самое от носится и к лекциям Ламы Йешей. Таким образом, было бы самонадеянно полагать, что любое изложение учения Ламы Йешей является единственно возможной его интерпретацией. Единственное, что в силах составителя и редактора вроде меня, - это внимательно прослушать магнитофонные записи лекций, тщательно изучить стенограммы, а затем постараться как можно яснее изложить то, что он ощущает внутри, лично знакомясь с учением. Очень важно не упустить из виду и то, что если бы кто-то другой работал с теми же кассетами и стенограммами, то книга бы вышла совершенно иной, как по стилю, так и по содержанию.
Лама Зопа Ринпочэ имел в виду именно это качество многомерное(tm) учения Ламы Йешей, когда сказал: "Большинство учителей моего толка учат лишь тому, что они знают сами, и не ориентируются на конкретные потребности людей. Но когда Лама передавал учение, для него не было ничего раз и на всегда установленного: он не рассуждал о каком-то одном предмете. В аудитории всегда оказывались люди с различными проблемами - духовными, личными и семейными, - и Лама говорил сразу со всеми. Таким образом после часовой беседы каждый получал от Ламы какой-то ключ к решению своих проблем. Кто-то мог прийти на лекцию, только чтобы взглянуть на тибетского ламу, другого же приводило искреннее стремление обрести внутренний покой. Но когда беседа Ламы подходила к концу, все уходили домой со счастливыми мыслями и какими-то решениями своих проблем".
Чтобы пояснить, каким образом это относится к теме данной работы, необходимо заметить, что Лама Йешей обладал одним замечательным качеством: общаясь с людьми, он открывал в них внутренний источник мира, мудрости и радости, о существовании которого они раньше только смутно догадывались. Быть может, самым важным из того, чему он учил, было всего лишь следующее:
внутри каждого из нас скрываются не только решения всех наших проблем, но и потенциальная возможность прожить жизнь на уровне, гораздо более высоком, чем мы в настоящий момент можем себе представить. Дело заключалось не только в том, что Лама Йешей давал все основания предполагать, что сам он полностью раскрыл свой внутренний потенциал (его пример самоотверженного служения и самоотдачи, несмотря на порок сердца, который должен был сгубить Ламу еще
много лет назад, вдохновлял всех, кто его знал). Гораздо больше впечатляет тот факт, что Лама Йешей умел вдохнуть в своих слушателей уверенность, что и они обладают подобными безграничными потенциальными возможностями, ждущими только того, чтобы им позволили проявиться.
На протяжении всей книги, целью которой было познакомить читателя с лекциями Ламы Йешей о таком сложном и многогранном предмете, как тантра, были предприняты попытки свести к минимуму специальную терминологию и исторические ссылки. Это было сделано в соответствии с пожеланиями самого Ламы Йешей и для того, чтобы передать - насколько это возможно - дух учения в прямой и ясной манере.
Однако в тех случаях, когда все же приходилось прибегать-к использованию специальной лексики (как на санскрите, так и на тибетском и английском языках), в словаре в конце книги делались соответствующие сноски.
Завершение этой работы было бы невозможно без вклада со стороны огромного числа людей. Я назову имена некоторых из них. Моя глубочайшая признательность в первую очередь обращена к участникам "редакторского ретрита", в течение которого был впервые отобран материал для данной книги, а именно: Хермесу Брандту, Ли Брэю, Робин Брентано, Стивену Карлиеру, Шэрон Гросс и Нику Рибушу. На завершающих стадиях работы над этим материалом я пользовался безграничным гостеприимством и вниманием семьи Арьятара в Ягерндорфе и Мюнихе, а также семьи Филипс в городе Дронтене (Нидерланды) и Джеффа Джюкса в Лондоне. Благодарность, испытываемая мною за их добрую поддержку, трудно поддается выражению с помощью слов. Особое спасибо Йешей Кхадро - ее содействие и помощь оказались поистине неоценимы. И в конце я хочу поблагодарить всех тех, кто как-то связан с издательством "Уиздом пабликэйшнс", и особенно Робину Кортин, чей вклад в данную работу сослужил прекрасную службу. Мне хотелось бы выразить всем им глубочайшую признательность за терпение, продляемое на протяжении многих месяцев, потребовавшихся для завершения этой книги, а также за великолепную презентацию конечных результатов.
Джонатан Лэндоу, Дронтен, март 1987 года

 

Глава 1. ИЗНАЧАЛЬНАЯ ЧИСТОТА. ШАКЬЯМУНИ, ОСНОВАТЕЛЬ БУДДИЗМА
Историю учений и практик, известных как "буддийская тантра", можно проследить, вернувшись на две тысячи пятьсот лет назад, к временам Будды Шакьямуни. Исторический Будда - чтобы отличить Шакьямуни от множества других пробужденных существ, приходивших до и после него, - родился индийским принцем Сиддхартхой в VI веке до нашей эры. Согласно традиционным источникам, первые двадцать девять лет своей жизни он провел практически в заточении, предаваясь удовольствиям и наслаждениям во дворцах, построенных для него отцом королем Шуддходаной. Узнав о болезнях, старости и смерти, он в конце концов бежал из отцовских чертогов и приступил к поиску пути, ведущему к прекращению страданий и искоренению неудовлетворенности.
На протяжении шести лет он вел суровую, аскетическую жизнь, полную лишений и самоотречения, стремясь установить полный контроль над своим умом и телом. Но это привело лишь к осознанию того, что этот путь так же ошибочен, как и его прежняя жизнь, проходившая в чувственных наслаждениях. И наконец, следуя срединному пути, пролегающему между потворством слабостям и самоотречением, а также избегая всех остальных крайностей, он смог вырвать из своего сознания даже мельчайшие причины страданий и невежества, таким образом преобразившись в полностью просветленное и пробужденное существо - Будду. На протяжении оставшихся сорока пяти лет своей жизни он обучал живых существ такому "срединному" подходу к жизни и духовному развитию; его проповеди отличались друг от друга по стилю наставления, поскольку каждая из них предназначалась конкретному типу личности с определенным темпераментом и способностями.
Учение Будды, которое на санскрите именуется "дхарма" (то, что удерживает нас от страданий и не дает развиться их причинам), содержит тысячи конкретных методов преодоления препятствий умственного и физического характера, возникающих на нашем пути к счастью и благополучию.
Все эти методы делятся на две основные категории - сутры и тантры. Между двумя так называемыми колесницами (санскр.: "яна") существуют различия, однако в основе как сутраяны, так и тантраяны лежит общее положение об основополагающей чистоте природы сознания.
 

ОСНОВОПОЛАГАЮЩАЯ ЧИСТОТА ПРИРОДЫ СОЗНАНИЯ
Согласно буддийским учениям, суть человеческой природы составляют чистота и прозрачность, не зависящие от степени нашей сиюминутной растерянности и самообмана. Точно так же, как облака могут на время скрыть солнце, но не в состоянии причинить вреда его светоносной силе, так и временные недомогания нашего тела и ума - растерянность, беспокойство и страдания, ими вызванные, - могут на время омрачить, но отнюдь не уничтожить или даже просто потревожить основополагающую чистоту природы нашего сознания. Погружение в глубины собственного сердца, а также в сердца всех живых существ без исключения - это открытие неиссякаемого источника любви и мудрости. Конечная же цель всех духовных практик - не важно, причисляют их к буддийским или нет, - это выявление и установление связи с нашей истинно чистой природой.
Когда нам удается познать в себе внутреннюю чистоту, развить на глубинном уровне сострадание и любовь, мы начинаем видеть отражение этой чистоты и любящей доброты в других. Однако если мы не устанавливаем контакт с этими внутренними качествами, то все нам видятся отвратительными и ограниченными, поскольку все, что нас ежедневно окружает во внешней реальности, в действительности является не чем иным, как проекцией нашей собственной внутренней реальности.
Существование этой глубинной, истинно чистой природы сознания - это не вопрос личной убежденности или слепого принятия догмы. Это вопрос практического опыта. На протяжении всей истории человечества бесчисленное множество людей открывали внутри себя величайшую сокровищницу и познавали мир, любовь и мудрость. И бесчисленное множество учителей и духовных проводников умело наставляли и показывали остальным, что они тоже могут открыть свою собственную глубинную природу и пережить ни с чем не сравнимое ощущение счастья, которое непременно приходит с этим опытом. В ряду этих удивительно добрых духовных наставников находится и Будда Шакьямуни; его многочисленные учения и практические методы устремлены на полное раскрытие нашего величайшего человеческого потенциала.
В соответствии с буддийской терминологией конечной целью индивидуальной эволюции человека является просветление, или достижение состояния Будды. Это происходит, когда человек окончательно избавляется от всех омрачающих в настоящий момент его сознание факторов - жадности, ненависти, невежества и тому подобное, - взамен развив в полной мере все свои положительные качества. Такое состояние окончательной осуществленное(tm), доступное каждому человеку, характеризуется безграничной мудростью, безграничным состраданием и безграничным мастерством, или силой.
 

ПОДХОД ТАНТРАЯНЫ
Согласно сутраяне, путь самореализации - это постепенный процесс очистки сознания от всех недостатков и ограничивающих идей и замещение их такими благоприятными качествами, как любовь и мудрость. Данный путь представляет собой создание определенных причин - путем этического поведения, развития способностей к концентрации, занятий медитативным осознанием и так далее - для достижения состояния полного просветления в будущем. В связи с таким акцентом на создание причин ради получения последующего результата сутраяну иногда называют также "причинной" колесницей просветления.
По сравнению с поступательным движением колесницы сутр, тантраяна - это намного более быстрый путь к просветлению. И хотя практикующие тантру не пренебрегают созданием причин, принятым у последователей сутраяны, они берут будущий результат окончательной духовной эволюции за исходную точку своего пути. Другими словами, тантрийские йоги и йогини (так называются на санскрите эти в высшей степени умелые практики) учатся думать, говорить и действовать так, как будто они уже сейчас являются полностью пробужденными существами - буддами. Поскольку этот мощный подход переносит будущие результаты в настоящий момент духовной практики, тантру иногда называют "результативной" колесницей просветления.
Согласно тантре, просветление - это не что-то, ожидающее нас в неопределенном будущем. Ее не удовлетворяет такой подход, как "Если я буду сейчас усиленно заниматься практикой, то когда-нибудь стану просветленным Буддой" или "Если я в этой жизни буду хорошо себя вести и поступать, как человек религиозный, то, быть может, в один прекрасный день окажусь в раю". Тантра утверждает, что мы уже в раю! Прямо сейчас мы должны быть богами и богинями. Однако в настоящее время мы отягощены собственными ограничивающими идеями: "Мужчины такие, женщины сякие; я вот - такой, и ничего не могу с этим поделать" и так далее. Именно поэтому мы находимся в конфликте с самими собой и другими людьми. Конфликт лопнет как мыльный пузырь, как только мы, приступив к практике, станем на позиции тантры и признаем, что каждый мужчина и каждая женщина совершенны по своей природе. Более того, каждый мужчина и каждая женщина обладают как мужской, так и женской энергией. Все, что нужно для того, чтобы обрести совершенную целостность, находится в нас уже в этот самый момент. Весь вопрос в том, сумеем ли мы осознать это. Вот в этом и заключается подход тантры.
 

ПРИНЦИП ТРАНСФОРМАЦИИ
В целом можно сказать, что все многочисленные практики тантры включают в себя принцип трансформации. Как показала современная наука, физическая Вселенная с ее бесконечным многообразием явлений - от мельчайших субатомных частиц до огромнейших галактик - находится в состоянии непрерывной трансформации и эволюционирует из одной энергетической формы в другую. Наши собственные тело и сознание также являются энергией, и то, насколько мы больны или здоровы, уравновешен наш разум или безумен, зависит от степени гармоничности нашей ментальной и физической энергии. Через усердную практику тантры все энергии - в том числе тонкие, которых мы в обычном состоянии не осознаем, - направляются на достижение величайшей из всех
возможных трансформаций. Так происходит наша эволюция от обычной, ограниченной и введенной в заблуждение личности, пойманной в ловушку собственного мелочного "эго", до полностью осуществившего свой потенциал, абсолютно сознательного существа, обладающего безграничным состраданием и глубоким проникновением в природу вещей.
Каким образом можно достичь такой поразительной трансформации? Где найти ресурсы, необходимые для осуществления столь глубоких изменений? За этим не нужно далеко ходить. Не нужно извлекать эту энергию из ядра атома и лететь за ней на космическом корабле на какую-нибудь отдаленную звезду. Основная энергия, вовлекаемая в глубинный процесс тантрийской трансформации - это энергия наших собственных желаний и устремлений.
 

Глава 2 ЖЕЛАНИЕ И СЧАСТЬЕ. ЖЕЛАНИЕ, РАЗОЧАРОВАНИЕ И САМО-КОНТРОЛЬ
Мы живем в мире желаний. С того момента, как мы утром открываем глаза, и до позднего вечера, когда мы засыпаем (и даже в сновидениях!), нами управляют желания. Каждое из наших чувств испытывает голод по определенного рода "пище". Наши глаза тоскуют по интересным формам и расцветкам; уши хотят слышать приятные звуки; нос жадно принюхивается к "вкусным" запахам и с негодованием отвергает те, которые для него оскорбительны; язык пребывает в поиске новых восхитительных ощущений, а способность осязать заставляет нас стремиться к разного рода контактам. Жажда сенсорной стимуляции настолько прочно укоренилась в нас, что, оказавшись изолированными на продолжительный промежуток времени от зрительных образов, звуков, запахов и т.д., мы невольно начинаем их себе воображать.
Наши желания не ограничиваются тем, что можно увидеть, услышать, понюхать, попробовать на вкус или пощупать. Наш ум так же жаден до идей, как язык до вкусовых ощущений. Такие
абстрактные понятия, как знание, репутация, защищенность и удовлетворенность обладают для нас огромной притягательной силой, будто они - это конкретные вещи, которые можно повертеть в руках и внимательно осмотреть со всех сторон. В действительности, человеческое желание настолько вездесуще, что вряд ли хоть один из наших поступков бывает вызван чем-то иным. Не важно, каков круг наших интересов: будь то, бизнес, спорт или даже духовные искания, нами руководит все то же, принимающее различные формы желание, заставляя добиваться успеха. Желания - это неотъемлемая часть нашей жизни; если бы их не стало, то многие, наверное, сочли бы себя погребенными заживо.
За всеми нашими желаниями кроется стремление быть счастливым. И в этом отношении все люди абсолютно равны и одинаковы: нам всем хочется счастья - пусть мы его и по-разному понимаем, и никто из нас не хочет столкнуться со страданиями и разочарованиями даже в самой легкой их форме. Если мы внимательно изучим свои действия, то увидим, что любое из них вызвано либо желанием пережить приятные ощущения, либо стремлением избежать неприятных.
Однако, несмотря на все наши намерения не знать ничего, кроме счастья, жизнь полна обид и горьких разочарований. Все то, во что мы когда-то вложили столько усилий, однажды вдруг рушится, оказывается кем-то украденным либо попросту перестает доставлять нам удовольствие. Любящий муж или любящая жена в скором времени становится злейшими врагом или, умерев, оставляет без средств к существованию. Работа, о которой мы так мечтали, превращается в одночасье в непосильную ношу, поглощающую все наше время и силы. Наша репутация оказывается подмоченной, гладкая кожа покрывается морщинами, блестящий ум постепенно перестает справляться с поставленными перед ним задачами. Вот такими разными путями счастье ускользает из наших рук. Иногда возникает ощущение, что чем сильнее мы стремимся стать счастливыми, тем хуже для нас все оборачивается. Если посмотреть на жизнь под таким углом зрения, то она покажется бессмысленным бегом по кругу; в поисках счастья блуждая в трех соснах, мы, обессиленные и опустошенные, в итоге оказываемся ни с чем.
Многие философы и духовные учителя дали
описание этого замкнутого круга и поделились с нами мыслями о том, как из него вырваться или как хотя бы как противостоять ему. К примеру, Будда Шакьямуни называл это состояние вечной, снова и снова возникающей неудовлетворенности - "сансара" (санскритский термин, означающий: "круг", "кружить"), предложив много различных методик освобождения от нее. В наиболее известном из его учений указывается, что источником всех наших проблем и разочарований является само желание, порожденное неведением. Освобождение, или нирвана, достигается путем полного искоренения сжигающего наше сердце желания.
Поскольку глаза, уши, нос и т.д. представляют собой лазейки для желаний, то тем, кто хочет разорвать цепи и полностью освободиться от колеса страданий, рекомендуется не особенно доверять своим пяти органам чувств. Считается, что они оказывают нездоровое воздействие на работу ума и требуют к себе крайне осторожного отношения. Таким образом, тот, кто идет по пути индивидуального освобождения, отличается исключительной способностью к самоконтролю. Такой человек ставит на подступах ко всем органам чувств по суровому стражу, и тот придирчиво досматривает все, что просится внутрь. Допустим, его глазам предстает волнующее зрелище - скажем, привлекательный мужчина или обольстительная женщина. В таком случае, ему настоятельно рекомендуется проявить бдительность и не попасть под опасные чары. Следуя этому, мы боремся с искушением бежать сломя голову за предметом своего вожделения, становясь таким образом потенциальной жертвой последующих ударов и разочарований. Мы учимся концентрировать свое внимание на тех сторонах объекта, которые приведут к ослаблению нашего желания заполучить его. К примеру, можно уменьшить силу притяжения красивого мужчины или красивой женщины, обратив свое внимание на их неухоженные части тела. Цель уроков такого типа заключается в том, чтобы обуздать желание и не позволить ему смутить наш ум. Планируемым результатом является достижение состояния полного спокойствия и невозмутимости, совершенно не зависящего от переменчивости фортуны.
По сравнению с такой системой, как тантра, которая использует энергию желаний, подобный
подход к духовному росту считается менее действенным. Но это не означает, что он не обладает своими достоинствами. Напротив, очень важно знать, когда следует отвлечь внимание от вещей, смущающих наш ум. Однако если мы умеем только избегать того, что вызывает у нас желание, то наша духовная практика будет жестко ограничена, и мы не сможем идти вперед.
Подход тантры резко отличается от описанной выше практики. Вместо того чтобы рассматривать удовольствия и желания только как нечто, чего следует избегать любой ценой, тантра видит в них мощную энергию - незаменимый источник для духовной практики. Поскольку нашей целью является не что иное, как реализация огромного потенциала человеческих возможностей, тантра стремится к трансформации каждого переживаемого нами опыта, каким бы "нерелигиозным" он нам ни казался, - так, чтобы он позволил сделать еще один шаг на пути к достижению освобождения. Именно потому, что наш уровень существования неотделимо связан с желаниями, мы должны использовать колоссальную энергию этих желаний, чтобы трансформировать свою жизнь в нечто трансцендентное, выходящее за рамки привычного окружения.
Таким образом, логика тантры очень проста:
наш опыт обычного удовольствия может быть использован как источник энергии, позволяющей нам постичь бесконечную радость абсолютного единства, иными словами "достичь просветления. Тот факт, что усердно развиваемые качества ума остаются прежними по своей сути, а не начинают ей противоречить, совершенно естественно. Это справедливо как для негативных, так и для позитивных сторон умственной деятельности. Так же, как недовольство никогда само по себе не перерастет в удовлетворенность, так и страданиям не суждено естественным образом развиться в ощущение счастья. Согласно тантре, мы не можем прийти к своей цели - безграничному и полному ощущению счастья, - систематически приучая себя все больше и больше страдать. Все обстоит совершенно иначе. Только взращивая в себе ощущение спокойствия и удовлетворенности, мы сможем достичь своей конечной цели, обретя мир и безмятежность в будущем. И аналогично с этим, только умело используя энергию желания и вырабатывая в себе привычку к тому, что можно на звать истинным удовольствием, мы можем надеяться достичь вечного блаженства и радости полного пробуждения.
 

РЕЛИГИЯ И ОТКАЗ ОТ УДОВОЛЬСТВИЙ
Однако нередко создается впечатление, что между получением удовольствия и следованием духовному или религиозному пути существует серьезное противоречие. В действительности для многих людей религия является не более чем отказом или отречением от радостей жизни. Считается, что быть религиозным - значит сказать "нет" желаниям, спонтанным поступкам, свободе самовыражения. В таком случае неудивительно, что организованная религия пользуется дурной славой. Вместо того чтобы служить нам в качестве руководства по преодолению ограниченных представлений, религия сама расценивается как одна из жесточайших форм подавления человека. Но такая точка зрения - это всего лишь один из предрассудков, который нужно победить, если мы действительно хотим стать свободными. К сожалению, такое резкое суждение вполне закономерно, "поскольку во многих обществах религия использовалась в качестве орудия политического контроля и давления.
Взгляд на религию как на нечто, подавляющее и ограничивающее нашу изначальную человеческую природу, поддерживается не только ее критиками, но и многими религиозными практиками. Существует немало людей, считающих, что правильный путь следования религиозной дисциплине - это отречение от собственного человеческого начала. Они с таким подозрением относятся к удовольствиям, что начинают думать, будто страдание само по себе представляет какую-то ценность:
"Я глубоко религиозный человек и поэтому не должен наслаждаться жизнью". Несмотря на то что их целью является достижение некой формы вечного покоя и счастья,'они берут себе за правило - отказываться от повседневных радостей жизни. Они рассматривают такие радости как препятствия, помехи на пути духовного развития, и, если им случается получить от чего-то даже самое маленькое удовольствие, у них возникает чувство дискомфорта. Даже кусочек шоколада они не могут съесть без того, чтобы не обвинить себя в жадности и греховности! Вместо того чтобы принять что-то и наслаждаться жизненным опытом, они связывают себя по рукам и ногам чувством вины, занимаясь самобичеванием: "Как я мог! В то время как столько людей в мире голодают и испытывают лишения, я потворствую своим слабостям!"
Такой подход совершенно ошибочен. Нет никаких причин для того, чтобы испытывать чувство вины из-за получаемых удовольствий; это так же неверно, как и цепляться за преходящие радости, ожидая, что в них мы обретем неиссякаемый источник удовольствия. Более того, за этим стоит то же самое стремление за что-то ухватиться, но только в ином обличье; это еще один способ спрятаться в скорлупу собственных ограниченных представлений о том, кто мы есть и кем можем стать. Вина такого рода •- это извращение идеи духовности. Подобный подход очень далек от истинно духовного. Если мы по-настоящему довольны тем, что происходит в нашей жизни, и, встречаясь как со светлыми, так и темными ее сторонами, продолжаем сохранять внутреннее равновесие и ощущение счастья, то тогда в практике самоотречения действительно есть какой-то глубокий смысл. Она может послужить упрочению в нас чувства отстраненности или способствовать осознанию того, что действительно важно в нашей жизни. Но мы крайне редко подвергаем себя лишениям из правильных побуждений. Мы заставляем себя страдать потому, что нам кажется, что быть несчастным - это уже само по себе чего-то стоит и достойно уважения. Но это совсем не так. Если мы будем копаться в своих тяжелых переживаниях , то это только навлечет на нас еще большие страдания. С другой стороны, если мы умеем чувствовать себя счастливыми- без всяких примесей наподобие чувства вины или стремления вцепиться в свои приятные переживания мертвой хваткой, то у нас есть возможность развить этот опыт более фундаментально и в конечном итоге познать невообразимое счастье, связанное с полным достижением нашего человеческого потенциала.
Если построенный на самоограничении и бесконечных опасениях подход был подвержен мною критике и является ошибочным, то что представляет из себя верный, разумный подход, которому должен следовать всерьез задумавшийся о достижении своего высшего потенциала человек? Если говорить упрощенно, он заключается в том, чтобы постоянно поддерживать свой ум в состоянии счастья и покоя настолько, насколько это возможно. Вместо того чтобы следовать привычным моделям поведения и иметь дело с желанием "присвоить" себе определенный опыт, а также с чувством неудовлетворенности и вины, смущением и страданием, мы должны попробовать сделать наш ум более совершенным, постепенно углубляя свой уровень понимания, учась умело контролировать свою ментальную и физическую энергию, познавая все более утонченные формы переживания счастья и блаженства, улучшая свою жизнь. Такой подход имеет куда больше смысла, чем попытка отвергнуть опыт нашей повседневной жизни. Вот в этом и заключается логика тантры.
 

БУДДА И ПУТЬ НАСЛАЖДЕНИЯ
Некоторые эпизоды из жизни самого Будды Шакьямуни наглядно демонстрируют преимущество подхода, использующего порождающие желание объекты, по сравнению с подходом самоотречения, который их запрещает. Отказавшись в возрасте двадцати девяти лет от изоляции и роскоши дворцовой жизни и приступив к поискам пути, ведущему к избавлению от страданий, Будда - тогда еще просто бодхисаттва Сиддхартха - избрал в качестве практики жестокую дисциплину умерщвления плоти. Как и некоторые жители современной Индии, он стремился с корнем вырвать причины страданий и неудовлетворенности путем самоистязания, целью которого было обретение полного контроля над чувственным восприятием. Он отказывал себе в пище и других необходимых вещах в такой степени, что в конце концов стал походить на обтянутый кожей скелет. После шести лет добровольно принятых на себя лишений он увидел, что такой подход не приносит желаемых результатов. Вместо того чтобы приблизить Сиддхартху к желанной цели и позволить ему переступить предел обычного восприятия, эта практика лишь ослабила его, лишила возможности ясно мыслить и медитировать.
И тогда он решил отказаться от жесткого и негибкого подхода и стать на путь, в большей степени соответствующий идеалам духовного развития. Согласно традиционному изложению событий его жизни, Будда Шакьямуни нарушил свой длительный пост, отведав приготовленного из риса и молока блюда, предложенного ему женщиной по имени Суйята. Воздействие, оказанное пищей на его тело, было поистине удивительным; по нему разлилось ощущение силы, ясности и блаженства. Такое внезапное восполнение ментальной и физической энергии не только придало Будде решимости, но и дало свежие силы для достижения цели - полного просветления. Тот факт, что он смог достичь полного освобождения за одну ночь медитации под Деревом Просветления, явно говорит о том, что тогда пришло время ему оставить аскетическую практику. С точки зрения тантры, эти события показывают, что путь использования удовольствий и желаний намного более глубок и эффективен, чем путь сурового самоограничения.
Позднее, когда Будда уже был известен как достигший необыкновенных высот в своем развитии учитель, способный указать путь самореализации любому человеку с учетом конкретных особенностей его личности, один из царей попросил дать ему наставления о том, какой путь духовного развития подобает тому, кто обременен социальными обязательствами. "Как царь, я несу ответственность за благополучие моих подданных,- объяснил он, - и мне не следует покидать их. Я не могу поступить так же; как ты: отказаться от всего, уйти в джунгли и стать аскетом. То, что мне нужно, - это знание о том, как, по-прежнему оставаясь царем и выполняя свои обязанности, идти по пути духовного совершенства. Так что если ты знаешь, как мою повседневную жизнь царя можно превратить в духовную практику, то научи меня этому". Будда ответил, что да, он действительно знает такую методику, и называется она "буддийская тантра". "Практикуя этот метод, ты сможешь по-прежнему исполнять свои обязанности, - объяснил он, - и тебе не потребуется отказываться от каких-либо царских удовольствий". Будда сказал царю, что тот на самом деле может, в полной мере наслаждаясь жизнью, делать шаги вперед на пути к просветлению.
Учение, переданное Буддой царю, называлось Тантрой Калачакры (Колеса Времени); это и другие тантрийские учения были донесены до наших дней в первозданном виде и сохранили свою мощь. Великое множество индийцев и тибетцев достигли полного просветления, следуя этим методам, и нет совершенно никаких преград к тому, чтобы уроженцам Запада они также не пошли на пользу.
 

СЛЕДУЯ ПУТИ СЕГОДНЯ
Тантра особенно подходит для западного образа мышления; являясь самым быстрым из всех путей, она должна привлечь западного человека, стремящегося к получению мгновенных результатов. Более того, суть тантрийского учения заключается в трансформации, а на Западе хорошо понимают принцип трансформации энергии - по крайней мере на материальном уровне. И наконец, третье: тогда как мощный взрыв энергии желаний в этой стране считается серьезным препятствием для практики большинства духовных учений, в тантре, где желание выступает в качестве импульса, дающего интенсивный толчок к достижению высочайшей цели, он играет роль положительную. Возможно, только такой путь, как тантра, может помочь нам подняться над моделью саморазрушения, дав шанс достигнуть полной самореализации.
Однако если мы хотим познать истинную ценность этого пути, то у нас должна быть абсолютная ясность в отношении некоторых важных моментов. Во-первых, наша мотивация - побуждение к занятиям тантрой - должна быть максимально чистой. Этому вопросу в дальнейшем будет уделено больше внимания (см. главу б); сейчас достаточно сказать о том, что у нас нет ни малейшей возможности вкусить драгоценные плоды учения, если мы будем исходить исключительно из соображений собственного благополучия.
Во-вторых, для того чтобы привнести в занятия практиками необходимую организацию, необходимы терпение и самодисциплина. Многие думают: "Если тантра высшее из учений, мне не нужно утруждать себя предварительными практиками", - и сразу же принимаются за сложнейшие практики, требующие высокого уровня подготовки. Но это не только глупо, но и самонадеянно, а кроме того, очень опасно.
И наконец, очень важно видеть коренное различие между сущностью тантры и теми культурными формами, в которые она в настоящее время облечена. Под этим я подразумеваю, что уроженец Запада ничего не выигрывает, стараясь выглядеть и вести себя, как тибетец, или - если уж о том зашла речь, - как любой другой житель Востока. Например, научиться произносить молитвы на иностранном языке - это само по себе еще не
является шагом вперед на пути к достижению высочайшего человеческого потенциала; в замене одного набора культурных условностей другим не заключается никаких преимуществ трансцендентного характера. Люди, чья практика остается на поверхностном уровне, в конечном итоге испытывают только растерянность, не зная, кто они такие и что им следует делать. Разумеется, в наши дни, когда тантрийские учения осуществляют свой путь с Востока на Запад, изучение тибетского языка - а также многое другое - может принести большую пользу. Но я все же хочу подчеркнуть следующее: мы всегда должны иметь в виду, что тантра - это нечто намного более глубокое, чем язык или обычаи. То, чему может научить нас тантра, так это именно способу освобождения от всех условностей, ограничивающих наше представление о том, кто мы есть и кем можем стать. Если наш подход к этой мощной системе учений будет основываться на проницательности и неомраченности нашего ума, а также на твердом и решительном намерении познать ее суть, то мы, несомненно, сможем привнести в нашу жизнь ту целостность и состояние внутренней удовлетворенности, к достижению которых стремимся.
 

Глава 3 УДОВОЛЬСТВИЕ, РАЗОЧАРОВАНИЕ И САМОРЕАЛИЗАЦИЯ. ТАНТРА И ПОЛУЧЕНИЕ УДОВОЛЬСТВИЯ
Роль тантры заключается в трансформации всех удовольствий в трансцендентный опыт ясного, глубокого осознания. Вместо того чтобы выступать за отказ от мирских наслаждений, как это принято во многих других традициях, тантра акцентирует внимание на том, что для человека гораздо более эффективен путь наслаждения жизнью, когда порожденная удовольствиями энергия направляется на быстрое и действенное достижение самореализации и просветления. Это наиболее искусный способ использования нашего драгоценного человеческого потенциала.
Через методы глубинной трансформации тантра наглядно показывает, что мы, человеческие существа, обладаем способностью наслаждаться блаженным состоянием безграничного счастья, в то же время оставаясь свободными от заблуждения, обычно омрачающего стремление к удовольствию. Вопреки мнению некоторых людей, в наслаждении жизнью и получении удовольствия нет ничего дурного. Что в действительности неправильно, так это то внутреннее смятение, с которым мы ищем и пытаемся продлить удовольствия, превращая их из источника счастья в источник боли и неудовлетворенности. Таким образом, если бы нам удалось освободиться от привычного стремления удержать удовольствие, то мы бы могли наслаждаться жизнью сколько душе угодно и без каких-либо трудностей, которыми, как правило, сопровождается обычный, обусловленный нашими внутренними установками поиск удовольствий.
При правильном понимании идеи трансформации все, что мы делаем двадцать четыре часа в сутки, может приблизить нас к нашей цели, а именно к постижению идеи целостности бытия и самореализации. Любое наше действие - ходьба, прием пищи и даже освобождение организма от продуктов жизнедеятельности! - может стать частью нашего духовного пути. Даже сон, который, как правило, проходит во мраке неосознанности или в хаосе сновидений, может быть превращен в опыт соприкосновения с ясным светом реальности и восприятия утонченной, все пронизывающей мудрости.
Возможно, все это может показаться нереальным. Разумеется, в других, более постепенных духовных методиках - в том числе и тех, что относятся к буддийскому пути сутры, - подчеркивается, что желание, зависть и другие заблуждения, присущие нашей повседневной жизни, нечисты по своей сути и к ним нужно относиться, как к яду. Нам постоянно напоминают об оказываемом ими губительном воздействии, призывая, насколько это возможно, избегать их влияния. Но, как уже отмечалось, у тантры иной подход. Несмотря на то что, согласно ей, заблуждения (такие/как привязанность к своим желаниям) являются источником неудовлетворенности и страданий, и по сему их необходимо преодолеть, тантра также учит искусным способам использования энергии этих заблуждений, с тем чтобы углубить нашу степень осознания и ускорить духовный прогресс. Обладая необходимым навыком и опытом, можно, как известно, собирать ядовитые растения и использовать их как мощное лекарственное средство. Так и здесь: хорошо осведомленный и искусный практик тантры может обратить энергию желаний, и даже гнева, на достижение полезной цели. Нет никаких сомнений в том, что это возможно.
 

ОБРАЗЫ ЦЕЛОСТНОСТИ
Тантра учит нас не только тому, как извлекать пользу из обычных приятных переживаний. Она также показывает нам, как развить в себе более глубокое, интенсивное и в конечном итоге приносящее большее удовлетворение ощущение блаженства, чем то, которое обычно доступно через физические органы чувств.
В настоящее время мы ищем удовольствия, как правило, не внутри себя; наше внимание направлено на внешние объекты наших желаний. Когда мы не можем найти или удержать эти желанные объекты, то испытываем жестокое разочарование , и чувствуем себя глубоко несчастными. К примеру, многие из нас заняты поиском мужчины или женщины своей мечты - кого-то, кто станет для нас источником безграничной радости и счастья. Однако, сколько бы новых друзей и подружек ни прибавлялось в нашей коллекции, эти мечты остаются всего лишь мечтами.
Мы не понимаем одного: внутри каждого из нас . скрывается неиссякаемый источник как мужской, . так и женской энергии. Многие наши проблемы . возникают именно потому, что мы либо не знаем
- о своем внутреннем потенциале, либо стараемся , его подавить. Мужчины пытаются скрыть свою женскую сущность, а женщины опасаются проявления мужской энергии. И в результате этого мы I чувствуем себя отрезанными от нечто такого, в ) чем испытываем острую необходимость. Мы не ; чувствуем в себе целостности и поэтому с надеж1 дои обращаемся к другим людям, пытаясь отыскать в них те качества, которых нам не хватает
- для ощущения внутренней полноты, завершенности. Это приводит к тому, что на нашем поведении
- в значительной мере сказываются неуверенность
- в собственных силах и собственничество. В действительности, все мировые проблемы, начиная от I состояния тревоги конкретной личности и кончая
- войнами между нациями, берут свое начало в этом
ощущении отсутствия целостности.
В случае необходимости великие йоги и йогини могут провести годы в полном уединении, не испытывая при этом чувства одиночества. Мы же чувствуем себя страшно одинокими, когда расстаемся с другом или подругой всего лишь на один день! Почему же между нами и йогинами существует такая огромная разница? Это связано с нашей внутренней мужской и женской энергией. До тех пор, пока эти два вида энергии будут отчуждены друг от друга и несбалансированы, мы будем отчаянно нуждаться в обществе других людей и не сможем достичь чувства удовлетворенности. Однако если бы наши внутренние мандалы мужской и женской энергии были завершены, то тогда бы мы уже никогда не испытали боль одиночества.
Тантра предлагает человеку действенные методы, с помощью которых он может войти в контакт со своей изначальной целостностью. Тантрийское искусство изобилует мощными символами единства и завершенности, характеризующими наш полностью осуществленный потенциал. Изображение мужского и женского божеств, слившихся в любовном объятии (рассматриваемое некоторыми ранними толкователями тибетского буддизма как признак дегенерации) на самом деле на символическом уровне обозначает внутреннее единство присущей нам мужской и женской энергии. В более глубоком смысле это объятие символизирует цель высших тантрийских практик: зарождение и развитие состояния ума, для которого характерны утонченность восприятия и ощущение блаженства; при этом сама природа данного опыта обусловливает создание им условий для постижения природы абсолютной реальности и освобождения человека от всех заблуждений и страданий. На этом уровне мужская фигура символизирует переживание безграничного блаженства, в то время как женская - мудрость недвойственности. Таким образом их союз не имеет ни малейшего отношения к удовлетворению чувственных потребностей, а указывает на полностью интегрированное состояние благодатной мудрости, несоизмеримо превосходящее и выходящее за пределы обычных желаний чувственного характера.
Для тех, кто уже созрел для восприятия подобной информации, может оказаться достаточно одного лишь взгляда на такой образ, чтобы в них начался процесс воссоединения мужского и женского начал, присущих человеческой природе. Однако для того чтобы такая связь восстановилась, необходимо пресечь влияние чересчур ориентированное на интеллектуальное, понятийное освоение реальности ума. Именно такого рода стремление к концептуализации в значительной мере обусловливает наше чувство отчуждения от внутренней реальности. И это является одной из причин, почему символы и образы - такие, как те, что используются в тантрийском искусстве и визуализации, - при знакомстве с составляющей суть нашего человеческого существа природой могут оказаться намного более эффективными, чем слова.
 

ЧЕТЫРЕ КЛАССА ТАНТРЫ
Существует четыре класса, или четыре вида буддийской тантры, известны соответственно как тантра действия, тантра исполнения, тантра йоги и тантра высшей йоги. Каждый класс предназначен для определенного типа личности практикующего, и отличие одного класса от другого заключается в степени интенсивности энергии желаний, затрачиваемой практикующим на продвижение по духовному пути в соответствии с уровнем его умения. Традиционно эти четыре уровня дарующей блаженство энергии иллюстрируются с помощью примеров, связанных со степенью возрастания уровня сексуальной активности. Таким образом указывается на то, что низший уровень тантры практикует тот, кто способен использовать и трансформировать блаженную энергию, возникающую при одном лишь взгляде на привлекательного партнера. На втором уровне трансформируется энергия, рождающаяся при обмене улыбками и радостном смехе с партнером. На третьем уровне используется энергия, возникающая, когда партнеры берутся за руки, в то время как на уровне высшей йоги тантры опытный практикующий уже обладает достаточным умением для того, чтобы использовать на духовном пути энергию желаний, порожденную непосредственно сексуальным союзом. Такой насыщенный образный ряд дает нам представление о постоянно увеличивающемся диапазоне энергии, которая может быть направлена на достижение определенной цели и трансформирована через практику тантры.
Но практический подход заключается в следу ющем: как заставить техники тантрийской трансформации работать в каждом индивидуальном случае? Очень легко рассуждать о теории и практике тантры вообще, об использовании желания в качестве средства достижения просветления, но рассуждения не принесут нам реальной пользы. То, что для нас действительно важно, так это путем тщательного исследования собственных возможностей и прошлого опыта определить, как мы используем энергию желаний в настоящий момент. Мы должны задать себе вопрос: в каких количествах мы можем "выдерживать" чувственные удовольствия? Несмотря на то что тантрийская практика действительно может в конечном итоге привести к возникновению утонченного и способствующего глубокому постижению реальности состояния сознания, которое исполнено ни с чем не сравнимого блаженства, это вовсе не значит, что мы должны потакать всем своим желаниям только лишь потому, что они тоже могут доставить нам какое-то удовольствие. Мы должны быть честными с самими собой в отношении существующих в нас ограничений и реально смотреть на имеющиеся на данный момент способности, если хотим, 'чтобы наша практика тантры когда-либо привела нас к каким-либо значительным результатам.
Одним из самых серьезных препятствий на пути истинного духовного развития является самонадеянность. Особую опасность она представляет . для практики тантры. Нам может показаться, что, поскольку тантру представляют как путь использования энергии желаний, то достаточно просто потворствовать им или добавлять к уже существующим все новые и новые, - и мы ступим на путь истинной практики тантры. У некоторых людей подход именно таков, но он абсолютно неверен. Никогда не следует забывать о том, что если бы безоглядное потакание своим желаниям было равнозначно практике тантры, то мы бы уже давно стали тантрийскими йогами и йогинями, достигшими высокой степени развития! Несмотря на то что наша жизнь всегда была насыщена самыми разнообразными желаниями, единственное, что мы пока имеем, - это все более усугубляющееся чувство неудовлетворенности.
Но почему же дело обстоит именно так? Что именно заключается в наших желаниях, что неизменно приводит нас к разочарованиям и ощущению безысходности? Если мы не сможем с этим
разобраться, то все наши разговоры о желании как о пути к просветлению останутся не более чем пустым звуком.
 

ЖЕЛАНИЕ И ИСКАЖЕНИЕ
Очень важно понять, что желания бывают разных видов. Желание, которое мы обычно испытываем по отношению к привлекательному предмету, искажает наше восприятие этого предмета. Очевидным примером тому может служить сексуальное влечение. Рассмотрим только один аспект такого искажения: возьмем случай, когда мужчина, безумно увлекся какой-то женщиной (или, если уж на то пошло, когда человек как таковой воспылал к кому-то страстью). Даже если эту женщину действительно можно назвать привлекательной особой, мужчина, ослепленный своим желанием, преувеличивает ее красоту во сто крат, доходя до абсурда. И чем более он одержим своим желанием, тем нереалистичнее в его глазах становится ее образ. В конце концов этот образ вообще перестает иметь что-либо общее с реальностью. Так что, вместо того чтобы чувствовать влечение к самой женщине, мужчина теряет голову от созданного им самим образа, мысленной проекции.
Такая тенденция к преувеличению и созданию проекций не ограничивается рамками той или иной культурной традиции; это универсальный, повсеместно встречающийся феномен. Когда два человека смотрят друг на друга глазами, полными чрезмерного, избыточного желания, каждый из них выдумывает о другом какую-то небылицу. "О, какая красота! И ни малейшего изъяна - как снаружи, так и внутри". Они создают идеальный миф. Безудержное влечение и желание приводят к тому, что каждый из них становится слеп к несовершенству другого, преувеличивая его положительные качества до неузнаваемости. Такое преувеличение - это всего лишь предвзятая интерпретация, проекция сознания, одержимого желанием.
В большей или меньшей степени тенденция к преувеличению характерна для всех обычных желаний человека. Преувеличивая красоту или ценность какого-либо привлекающего нас предмета, мы перестаем видеть то, что существует на самом деле. К примеру, мы забываем, что объект наших желаний - будь то человек или вещь - постоянно
меняется, так же как и мы сами. Мы ведем себя, как будто он будет существовать вечно, оставаясь таким же красивым и желанным - источником нашей нескончаемой радости и удовлетворения. Такая концепция неизменности, разумеется, совершенно оторвана от реальности. Цепляясь за нее, мы обрекаем себя не на что иное, как на жестокие разочарования.
Очень важно также понимать, что привычка проецировать ложное представление о неизменности на то, что мы находим привлекательным, не относится к сфере сознательной деятельности. Когда нас спрашивают: "Думаешь ли ты, что твой молодой человек (девушка, новая машина, да что угодно!) будет жить вечно и останется таким же красивым?", мы тут же отвечаем: "Конечно же нет!" Мы слишком хорошо знакомы с факторами изменения, разрушения, старения и смерти, чтобы дать иной ответ. Но у большинства из нас это понимание происходит только на уровне разума. Это лишь идея, усвоенная нашим мозгом, но не откровение, принятое сердцем. Если мы проверим свое отношение к объекту желания на глубинном уровне, на уровне сердца, то увидим все то же стремление к неизменности, по своей сути не затронутое каким-либо интеллектуальным осознанием процесса перемен. Обратите внимание, как начинает трепетать в радостном предвкушении наше сердце, когда мы в очередной раз попадаемся в сети желания „ страстного влечения к кому-то или чему-то. Разве бы мы испытывали такое сильное волнение, если бы не держались за свои далекие от реальности надежды?
Не поймите меня неправильно. Я не стараюсь быть чрезмерно критичным, утверждая, что все наши убеждения поверхностны, а эмоциональные реакции порочны. Я просто стараюсь исследовать ситуацию, которую, люди повсеместно переживают на собственном опыте: а именно то, что, несмотря на направленность наших желаний на достижение счастья, мы тем не менее продолжаем испытывать чувство неисполненности и неудовлетворенности. И если мы не понимаем лежащих в основе этого причин, то любые попытки использовать желания для достижения совершенного счастья, духовной самореализации обречены на провал.
 

ИСТОЧНИК НЕУДОВЛЕТВОРЕННОСТИ
Так где же искать источник неудач? Кто или что несет ответственность за то, что нам так и не удается пережить состояние счастья и покоя, к которому мы так упорно стремимся? Чтобы ответить на этот вопрос, давайте еще раз внимательно рассмотрим, что из себя представляет и как действует обычное человеческое желание. Ощущая какую-то внутреннюю незавершенность, незащищенность и неосуществленность, мы начинаем искать помощи не внутри, а вне себя, кого-то (или чего-то) , кто помог бы нам обрести внутреннюю целостность. В нашем сознании или в подсознании постоянно присутствует мысль: "Если бы у меня было то-то и то-то, то я бы чувствовал себя счастливым!" Эта мысль служит импульсом, подталкивающим нас к попытке присвоения любого привлекательного объекта, который, как нам кажется, лучше всего утолит наше желание. В процессе преследования такого объекта, мы делаем из него идола, переоценивая его привлекательные качества и превращая его в своих мыслях в нечто, не имеющее никакого отношения к истинному положению вещей.
В своей попытке присвоить переоцененный нами предмет желаний, мы можем как преуспеть, так и потерпеть неудачу. Если нам не везет в наших усилиях - объект остается за пределами досягаемости, - то мы испытываем разочарование; . , чем сильнее мы хотим заполучить объект, тем больше отчаиваемся, когда наши попытки заканчиваются провалом.
Но"что происходит, если мы преуспеваем и добиваемся того, чего хотим? То, с чем мы в итоге остаемся, и то, с чем надеялись остаться, оказывается на поверку двумя совершенно разными вещами. Причина заключается в следующем: то, чем мы владеем, на самом деле является не долгожданным решением наших проблем - неизменным, целостным и приносящим удовлетворение образом-мечтой, - а чем-то несовершенным, недоделанным и невечным, таким же, как и мы сами. Этот человек или вещь действительно могут доставить нам сиюминутное удовольствие, но они никогда не смогут оправдать возложенные на них надежды. Таким образом, раньше или позже мы почувствуем себя обманутыми и испытаем горькое разочарование.
А теперь давайте вернемся к нашему первоначальному вопросу: кого или что мы виним в своих несчастьях? Чаще всего мы безо всяких на то оснований возлагаем вину на объект своих желаний. "Если бы она только была посимпатичнее...", "Если бы только машина была поновее или ездила побыстрее..." Если бы это, если бы то. Вот такие двойственные суждения возникают у нас в голове, когда мы, разочарованные тем, что есть, раздумываем, чем бы это можно было заменить, да так, чтобы счастье, которого мы жаждем, на этот раз уж было бы гарантировано нам наверняка. А в следующий момент мы уже ловим себя на том, что приступили к поиску новой жены, нового мужа или новой машины. Причем надежды, возлагаемые нами на новый объект желания, настолько же нереалистичны и беспочвенны, как и те, что им предшествовали. Таким образом, мы продолжаем кружить на месте и, меняя в своей жизни то одно, то другое, на самом деле так и не приближаемся ни на шаг к желанному счастью и душевному спокойствию. •
 

ТАНТРИЙСКОЕ РЕШЕНИЕ .
Тантрийское решение данной проблемы носит крайне радикальный характер; оно связано с полной трансформацией нашего обычного видения мира. Это основной момент в подходе тантры. Та самая энергия желаний, которая обычно толкает нас от одной неблагоприятной ситуации к другой, преобразуется через алхимию тантры в трансцендентное переживание блаженства и мудрости. Практикующий тантру концентрирует всепроникающее ясное внимание этой благодатной мудрости таким образом, что она, подобно лучу лазера, пронзает насквозь все те или иные ложные проекции и проникает в самое сердце реальности.
Растерянность и противоречивость, омрачающие на разных уровнях наш ум и не дающие возможности пережить полноту человеческого потенциала, систематически искореняются силой благодатной осознанности. Мы видим, что энергия желания используется здесь иным образом: вместо того чтобы, как обычно, способствовать усилению нашей неудовлетворенности, она разрушает саму причину этой неудовлетворенности - а именно, наше полное незнание природы реальности.
В тибетской тантрийской традиции такая
трансформация энергии желания иллюстрируется с помощью следующей аналогии. Существуют насекомые, которые, как говорят, рождаются из дерева; их жизненный цикл начинается в самой сердцевине древесного ствола. Затем, подрастая, они кормятся древесиной, то есть едят то, из чего были рождены. Аналогично, через практику тантрийской трансформации желание дает жизнь мудрости, которая в свою очередь поглощает все негативные аспекты, омрачающие наш ум, включая и породившее ее желание.
Итак, мы видим, что обычные функции желания и функция, связанная с просветлением, противоположны друг другу. В тантре возникающий из желания опыт блаженства расширяет границы нашего ума, и благодаря этому мы преодолеваем свою ограниченность, в то время как обычное удовольствие, получаемое от контакта с объектами желания, сужает границы нашего внимания и приводит к ограничивающей одержимости поиском все новых, более изощренных удовольствий. Опьяненные приятными ощущениями, мы утрачиваем осознание целостности бытия и погружаемся в состояние отупляющего мрака. Наш ум замыкается на желанном объекте, и чем жестче мы сжимаем свою хватку, пытаясь извлечь из этого предмета как можно больше удовольствий, тем все больше отрываемся от истинной реальности. Можно даже сказать, что, находясь под воздействием сильного желания, мы впадаем в состояние, близкое к бессознательному. Когда мы наконец пробуждаемся от этого мутного, подобного сну, состояния, то обнаруживаем, что удовольствие, казалось бы испытываемое нами, куда-то испарилось, а на его место пришло чувство неудовлетворенности, с которого все начиналось. '
Ту же самую мысль можно выразить и по-другому: обычно наш опыт получения удовольствия омрачен, замутнен невежеством. Несмотря на то что в таком опыте есть место сиюминутному возбуждению, в нем отсутствует осознанность, нет ясности, света. Идея тантрийской практики заключается в том, чтобы объединить наш опыт получения удовольствия с энергией света. Такое единение очень ярко представлено зрительным образом, о котором я уже упоминал, - а именно, изображением слившихся в объятии двух божеств - мужского и женского. Этот образ обозначает единство мужской энергии блаженства с женской энергией всепроникающей, недвойственной мудрости. В конечном итоге эти два божества должны слиться воедино, и тогда мы достигнем полной реализации нашей глубинной природы. Поскольку такой союз блаженства и мудрости не относится к числу наших сегодняшних привычек и умений, мы должны приложить огромные усилия, чтобы взрастить в себе опыт переживания целостности бытия.
НЕСКОЛЬКО СЛОВ ПРЕДУПРЕЖДЕНИЯ
Поскольку привычка впадать в состояние омраченности и растерянности - в то время как мы стараемся удержать удовольствие, - прочно укоренилась в нас, было бы неразумно полагать, что мы можем сразу же трансформировать кипучую энергию желаний в спокойную ясность ума. Даже несмотря на то что тантра является быстрейшим путем к завершению опыта просветления, мы все же должны пройти в своем развитии определенные стадии в соответствии с собственными возможностями. В противном случае мы взвалим на себя непосильное для нас в настоящий момент бремя. И тогда мы рискуем разделить судьбу тех стран, которые, предприняв попытку модернизации, замахнулись на очень многое, но действовали слишком поспешно. Как правило, это приводит к печальным результатам: их простое и до определенной степени сбалансированное существование сменяется беспорядком. Таким образом, несмотря на то что, как предполагалось, индустриализация должна была бы принести стране пользу, на самом деле она приводит к еще большему смятению и неудовлетворенности, чем раньше. Подобно этому, если практика тантрийской трансформации не соответствует нашему эмоциональному настрою и умственным возможностям и если мы намереваемся трансформировать больший объем энергии желаний, чем это нам по силам, то все это может привести к еще большей растерянности, чем та, что имеет место в данный момент.
 

Глава 4 СВЕРЖЕНИЕ ТИРАНИИ ПРИВЫЧНОГО ВИДЕНИЯ ВНЕШНЕЙ РЕАЛЬНОСТИ. ВЫХОД ЗА ПРЕДЕЛЫ ОГРАНИЧЕНИЙ: ВОСПРИЯТИЕ СЕБЯ КАК БОЖЕСТВА
Итак, мы видим, что энергия желания может воздействовать на нас двумя совершенно различными способами. Через трансформирующие методы тантры эта энергия может быть преображена в светлую, благодатную мудрость и таким образом выступать в качестве мощной силы, способствующей нашему развитию. Однако энергия желаний обычно поглощается такими привычными нам моделями поведения, как привязанность к предмету своих желаний и стремление его удержать, что лишь понижает уровень нашей осознанности, усугубляет невежество и чувство неудовлетворенности. Одной из важнейших задач, стоящих перед человеком, избравшим путь духовных исканий, является задача по определению с предельной точностью факторов, обуславливающих наше постоянное вращение в замкнутом круге неудовлетворенности. Затем необходимо приступить к применению наиболее подходящего противоядия от их разрушительного воздействия.
Согласно буддийской тантре, мы не можем найти выход из ловушки, в которое нас завело чувство неудовлетворенности, потому что наше видение . природы реальности отличается крайней узостью и наличием жестких границ. Мы придерживаемся весьма ограниченных и ограничивающих взглядов на то, кем мы являемся и кем можем стать, и это приводит к тому, что у нас складывается о себе угнетающе низкое, резко отрицательное мнение:
мы чувствуем себя ущербными и беспомощными.
До тех пор пока мы будем видеть себя в таком уничижительном свете, жизнь по-прежнему будет для нас лишена смысла. Многие считают, что человек не далеко ушел от обезьяны и что человеческий ум - это не более чем набор химических реакций и электрических импульсов в мозге. Такой взгляд на человека представляет его жалким сгустком материи и отвергает идею о более высоком уровне человеческого существования. Ради чего же живут те, кто является сторонником подобных взглядов на предназначение человека? Возможно, только ради того, чтобы испытать как можно больше чувственных удовольствий, а затем под влиянием разрушительных процессов в организме вернуться к изначальной точке отсчета - превратиться в прах. Таким мрачным взглядом на природу вещей можно в известной степени объяснить присутствие отчужденности в современном обществе.
Тантра бросает вызов этому безосновательно низкому мнению о потенциале человека, уча нас видеть в себе и в других трансцендентную красоту, точнее, богов и богинь. Одна из составляющих основу всех уровней тантры методик заключается в следующем: растворив в пустоте привычный образ самого себя, практикующий вновь восстает из поглотившей его прошлые представления пустоты, но уже в прекрасном, светоносном теле божества - манифестации ясности, являющейся неотъемлемой частью нашей глубинной природы. И чем больше усилий мы прилагаем для того, чтобы видеть себя такими медитативными божествами, тем меньше ощущаем зависимость от огорчений и разочарований, свойственных нашей жизни. Визуализируя себя в божественном облике, мы получаем возможность контролировать свою жизнь. Кроме того, такая визуализация создает чистую среду, благоприятную для проявления истинной человеческой природы. |
Не следует путать тантрийские медитативные божества с тем, что подразумевается под божествами (богами и богинями) в различных мифологических и религиозных традициях. Выбранное для самоотождествления божество является в тантре выражением присущих опыту полного пробуждения и существующих внутри нас в непроявленном состоянии качеств. Говоря языком психологии, такое божество является архетипом нашей глубинной природы, высочайшего уровня человеческого сознания. Концентрируя свое внимание на таком архетипическом образе и отождествляя себя с ним, мы стремимся пробудить наиболее глубокие, сущностные аспекты своей человеческой природы и перенести их в окружающую нас действительность. Истина проста; она заключается в том, что, рассматривая себя как чистое, сильное и одаренное существо, мы, по сути дела, вырабатываем в себе эти качества. Однако, продолжая считать
себя темными и глупыми, мы именно такими и становимся.
Приведу пример тантрийской трансформации. Допустим, мы можем визуализировать себя в образе Манджушри - царственного божества, которое, как правило, изображают желтовато-красного цвета, держащим в поднятой правой руке пылающий меч различающей мудрости, а в левой - книгу "Праджняпарамиты" ("Совершенство мудрости" - книга, в которой собраны тексты учения Будды). Эту практику может выполнять как мужчина, так и женщина, поскольку тантрийские визуализации выводят нас за ту грань, когда уже не существует никакого деления по признакам пола. Но такой представленный нами образ на самом деле не является настоящим Манджушри. Мудрость, ничем не омраченная проницательность сознания, осознавшего свой полный потенциал, - вот это настоящий Манджушри. Целью же созерцания себя в образе определенного божества является ускорение развития мудрости, уже заложенной в каждом из нас. К примеру, обоюдоострый меч Манджушри символизирует способность просветленной мудрости различать, рассекая тьму заблуждений д предвзятых суждений, где истинное, а где ложное. Чем дальше мы продвигаемся на пути самоотождествления с тантрийским божеством, чем лучше мы понимаем символику его атрибутов, тем сильнее стимулируем развитие олицетворяемых им качеств в своем сознании.
На начальной стадии практики процесс созерцания себя в образе божества носит сугубо поверхностный характер. Но по мере продвижения в занятиях йога-тантрой и при наличии должного упорства мы начинаем воспринимать порожденный нашим сознанием образ божества намного четче, живее и ярче, чем образ себя в обычном обличье. Наш ум в действительности становится умом божества, а обычные чувственные переживания - то, что мы видим, слышим, ощущаем на вкус и т.д., - трансформируются в ни с чем не сравнимое божественное ощущение блаженства. Это не волшебная сказка для детей. В прошлом такую трансформацию пережило бесчисленное множество мастеров медитации, и нет абсолютно никаких препятствий к тому, чтобы мы, приложив достаточное усилие, не достигли таких же трансцендентных результатов.
 

ПРОБЛЕМЫ САМОВЫРАЖЕНИЯ
Возможно, вы спросите: "Почему, собственно, я должен самовыражаться, представляя себя Манджушри или любым другим божеством?" или "Мне достаточно трудно самовыражаться просто как мужчине или женщине. Так почему же я должен изменять свою внешность и надевать на себя маску, личину Манджушри?"
Нельзя забывать о том, что когда мы самовыражаемся в образе Манджушри, то это отнюдь не является проявлением нечто такого, что было бы нам чуждо. Мы уже в настоящий момент обладаем коренными свойствами этой божественной манифестации. Что касается практики самовыражения себя как божества, то мы занимаемся ею ради того, чтобы полностью осознать и развить в себе эти качества, вместо того чтобы по-прежнему прозябать в ловушке ограничивающих, порожденных жалостью к самому себе представлений: "Я уродлив, глуп, слаб и ни на что не гожусь".
Тем не менее, быть может, вы все еще пребываете в раздумье: "Как же все-таки Манджушри и, уж если на то пошло, любое другое тантрийское божество могут оказаться квинтэссенцией моего существа? Я совсем не похож ни на одно из этих существ. Я не оранжевого, голубого или зеленого цвета; у меня всего-навсего одно лицо и две руки - все не так, как у них". Разумеется, от возражений, подобных этим, никуда не деться. Однако, если мы намерены когда-либо решительно отмести их в сторону, следует очень тщательно исследовать сложившийся у каждого из нас образ себя.
Прежде всего следует понять, что то лицо, которым вы в данный момент обладаете, - это не вы; ваши кости и плоть - тоже не вы. Ни кровь, ни мускулы, ни любые другие составляющие ваше тело ткани и вещества не являются выражением вашей сущности. До какой-то степени наше тело можно уподобить механическому роботу: оно не в - состоянии функционировать самостоятельно, нуждаясь в контроле со стороны чего-то еще. И, подобно тому как компьютерная программа контролирует механизм, приводя его в движение, наш ум - или сознание, психика, душа и т.д. (подберите термин, который вам больше нравится) - так же вдыхает жизнь в наше тело. Таким образом, если вы хотите познать свою сущность, выяснить,
что в вас отвечает за то, как вы живете на Земле, загляните в свое сознание.
Следующее, что нужно усвоить, так это то, что с момента рождения и по эту самую минуту вы проявляли себя в очень разных ипостасях. Ни один из нас не является существом статичным и неизменным. Например, когда вас душит гнев, вы очень похожи на демона, зато в моменты, когда сердце полно любовью, вы подобны прекрасному ангелу. Ни одно из этих проявлений - манифестаций гнева, умиротворенности, ревности, любви, сострадания, глупости или мудрости - не зарождается в человеческом теле, физической оболочке. Это все порождение энергии вашего сознания, силы вашего ума. Человеческий ум обладает способностью генерировать тысячи различных эмоций и мнений, а тело, которому не остается ничего другого, лишь идет у него на поводу. Однако, несмотря на этот факт, мы слишком часто отождествляем себя со своим телом - гораздо чаще, чем с умом. Мы почти, можно сказать, становимся рабами своего тела. Стоит только включить на несколько минут телевизор и сразу станет ясно, как много энергии тратится в нашей культуре на обслуживание тела и как мало на развитие ума. Неудивительно, что в итоге возникает путаница.
Отдавая таким образом предпочтение телу, мы совершаем ошибку. Но эта ошибка - не единственная. Нам также никак не удается понять, что наше грубое, материальное, физическое тело - это не единственное тело, находящееся в нашем распоряжении. Этому вопросу в дальнейшем будет уделено больше внимания (см. главу 10), однако вкратце я остановлюсь на этом и сейчас. В рамках обычной физической оболочки существует более тонкое "тело сознания", называемое так потому, что оно очень тесно, интимно связано с глубинным уровнем нашего сознания. Именно на этих более тонких уровнях и возникает потенциальная энергия благодатной мудрости - энергия, способная полностью трансформировать качество нашей жизни. Тантрийское божество символизирует окончательное, полное развитие этой энергии благодатной мудрости. .Поэтому можно сказать, что такое божество - не важно, какого оно цвета и сколько у него лиц, - представляет собой сущность того, чем мы сейчас являемся и кем можем стать в будущем. Таким образом, йога божеств не имеет никакого отношения к беспочвенным фантазиям. Скорее, это практический метод достижения своего высочайшего потенциала путем систематических занятий и глубинной трансформации человеческого сознания.
Несмотря на то что йога божеств на первый взгляд может нам показаться чуждой и лишенной практической ценности, некоторое представление о ее достоинствах можно получить, вспомнив о сходных техниках, уже продемонстрировавших свою эффективность скептичному Западу. Например, известно множество документально подтвержденных случаев, когда люди вылечивали себя от рака и других серьезных заболеваний исключительно с помощью творческой визуализации. Вместо того чтобы упрямо твердить: "Мое тело отравлено раком, и я умираю", эти люди сумели увидеть себя цветущими и здоровыми. Образ болезни отпускается от себя, изгоняется из мыслей и замещается образом хорошего самочувствия и жизненной силы. Такой подход часто оказывался эффективным даже в тех случаях, когда доктора утрачивали последнюю надежду на выздоровление больного.
Здоровье тела и ума главным образом зависит. от того, каким человек видит себя. Люди, которые по каким-либо причинам плохое себе думают, становятся несчастными. Тот же, кто умеет разглядеть и использовать свои внутренние ресурсы, преодолевает даже самые сложные ситуации. Йога божеств - это один из наиболее основательных путей к изменению образа себя в лучшую сторону. Именно поэтому тантра является таким быстрым и мощным методом достижения полной реализации нашего гигантского потенциала.
Самым серьезным препятствием на пути к успешной трансформации в тантрийское божество является наша твердая вера в незыблемость внешних проявлений реальности. До тех пор пока в наших мыслях будет господствовать привычное представление о себе как о существе материальном, для осознания себя существом просветленным просто не будет оставаться места. Мы не сможем по-настоящему увидеть себя обладающими прозрачным, светоносным телом божества, пока будем продолжать отождествлять свое существо с грубой физической оболочкой. И нам никогда не' удастся соприкоснуться с изначально чистой природой своего существа, если мы будем упорно считать, что природу нашего ума составляют заблуждения и не отличающиеся тонкостью суждения, время от времени в нем возникающие.
Таким образом, если мы действительно хотим достичь удовлетворения от полной самореализации, мы должны найти способ свергнуть тиранию внешней видимости вещей и привычных представлений о природе реальности. Мы должны почувствовать сердцем, насколько гибельно подходить к нашему уму и телу - а следовательно, и к образу себя - с материальных позиций, ограничивающих и огрубляющих наше видение реальности в данный момент. Нужно понять, что наивное принятие внешних сторон вещей за истинные, лишь все больше запутывает нас, заставляя чувствовать себя беспомощными и неудовлетворенными.
Склонность к нерешительности и чувство страха являются симптомами раздвоенности нашего ума - ума, который выдает нескончаемый поток противоречивых мыслей. "Надеюсь, я хорошо выгляжу, но боюсь, что плохо". Отсюда видно, что суждения, которые мы выносим о себе, как правило, очень поверхностны. В конце концов, внешний облик не является истинным мерилом действительной ценности человека. Тем не менее незначительные физические изъяны, как реально существующие, так и воображаемые, оказываются достаточно веской причиной для серьезного беспокойства. Существует тип людей, которые до такой степени уверены в своей уродливости и никчемности, настолько полны отвращения к собственной персоне, что морят себя голодом и умирают от истощения. Это, конечно, крайность, но я думаю, что большинство из нас занимаются самобичеванием и делают себя по той или иной причине несчастными.
 

ОТВЛЕЧЕНИЕ УМА ВНЕШНИМИ ФАКТОРАМИ
.Порой создается впечатление, что наши мысли буквально разбегаются в разные стороны в отчаянном поиске чего-то. Но чего? Мы ищем нечто, что могло бы удовлетворить нашу жажду стабильности и обеспечить чувство защищенности. Мы переходим от одной вещи к другой в надежде на то, что новый объект будет содержать в себе то, что будет соответствовать цели наших исканий. В результате этого наш ум постоянно чем-то отвлечен. Нам сложно сфокусировать свое внимание на том, чем мы заняты сейчас, потому что какая-то часть
нашего ума уже испытывает неудовлетворенность, пребывая в поиске иллюзорного нечто. Даже когда мы делаем то, что нам нравится, концентрация может быть очень легко нарушена. Таким образом, нам не только не удается открыть высший смысл и цель своей жизни, но зачастую мы терпим поражение и в своих повседневных делах.
Неизбежным результатом ограниченного представления о себе - ограниченного нашей твердой уверенностью в незыблемости внешних проявлений - является тенденция к поиску решения своих проблем вне самих себя. Поскольку мы привыкли видеть себя нецелостными, ущербными в каком-то чрезвычайно важном, основополагающем отношении, то нам даже и в голову не приходит обратиться за помощью в преодолении трудностей к своей внутренней силе, к своим внутреннем ресурсам. Вместо этого мы думаем, что нечто в нашем внешнем окружении может дать нам именно то, в чем мы нуждаемся. Однако бессмысленность такого подхода должна быть для всех очевидна. Что же такое - какого человека или какую вещь - мы должны себе присвоить, чтобы поиски защищенности наконец завершились? Ни самая красивая в мире женщина, ни самый привлекательный мужчина, ни самые модные наряды, ни самые дорогие драгоценности, ни самая гениальная новая идея не смогут утолить нашу жажду, пока мы не обретем внутренней целостности. До тех пор пока мы будем продолжать думать, что убежище от житейских трудностей может быть обретено вне нас самих, нам никогда не удастся пережить истинного спокойствия ума. Нет сомнений, что богатство и власть не могут решить наших проблем. Высокий процент алкоголизма, разводов и самоубийств в так называемых развитых странах говорит о том, что один лишь материальный достаток не может положить конец нашему беспокойству.
Даже если мы отвернемся от материальных объектов и обратимся за решением проблем к более возвышенной духовной реальности, наши представления о самих себе могут по-прежнему служить помехой в извлечении максимальной пользы из своей практики. Среди людей, избравших религиозный путь, распространено представление, что между нами, копошащимися в земной пыли, и неким существом высшего порядка, обитающим где-то высоко в небе, лежит бездонная
пропасть. Чем более низкого мнения мы о себе, тем жалобнее звучат наши молитвы: "Пожалуйста, Боже, спаси меня!" или "Помоги мне. Будда!" Но до тех пор, пока мы будем купаться в жалости к себе, мы едва ли сможем извлечь из духовного пути хоть какую-то пользу.
 

ЗАДАЧА ИССЛЕДОВАНИЯ ВНУТРЕННЕГО ПРОСТРАНСТВА
Тантрийские техники отождествления себя с божеством являются прямой противоположностью испытываемой к себе жалости. Чем больших успехов мы добиваемся в видении себя обладающими телом и умом чистого, ясного света, тем больше мы открываемся благодатным силам, существующим внутри и вне нас. Мы уже упоминали о том, что через творческую визуализацию можно мобилизовать свою врожденную силу исцеления и вылечить себя от самых страшных болезней. Как становится ясно из данного примера, наше тело и ум взаимозависимы, и именно ум выступает в качестве основного фактора, определяющего переживаемый нами опыт. Если наш мысленный "автопортрет" носит положительный характер, тогда и в действиях чувствуется вера в себя: мы производим впечатление людей энергичных, полных , жизненных сил. Однако если мы о себе невысокого ^ мнения, то тогда выглядим людьми слабыми и никчемными, привлекаем к себе множество проблем , и легко становимся жертвами несчастных случаев. Снова и снова наш опыт доказывает то, что именно умственный настрой определяет наши успехи или неудачи, здоровье или его отсутствие, привлекательность или уродство, счастье или . уныние. Тем не менее, встречаясь лицом к лицу с . жизненными трудностями, мы привычно обращаемся в поисках решений к чему-то, что находится ; вне нас самих. Вместо того чтобы напрямую иметь . дело со своим умом и вырабатывать в себе такой ( взгляд на мир, который позволил бы изменить тот , или иной опыт в лучшую сторону, мы выбираем 1 более поверхностный подход и, стремясь к решению своих проблем, пытаемся манипулировать . внешними обстоятельствами. Но это никогда не 1 приносит длительного удовлетворения. Не важно, . сколько внешних изменений мы внесли в свою [ жизнь: если они не сопровождаются глубокой ментальной трансформацией, то успех оказывается сиюминутным - рано или поздно эти проблемы вновь заявляют о своих правах, и мы начинаем испытывать тот же самый дискомфорт и неудовлетворенность, что и раньше.
Несмотря на то что мы все обладаем изначально чистой природой, установить с ней связь нелегко. Грубая невосприимчивость нашего обычного сознания гасит эту более тонкую вибрацию - причем настолько успешно, что мы, как правило, и не подозреваем о ее существовании. Если мы действительно стремимся войти в контакт с этой тонкой субстанцией, то нам нужно устранить все помехи и перестать быть слишком зависимыми от внешних факторов и привычных представлений. Другими словами, нужно создать особое пространство - пространство, в котором наша изначально чистая природа сможет беспрепятственно себя проявлять. Тогда, применяя тантрийские техники и визуализируя себя в образе божества, мы больше не будем притворяться. Скорее, мы будем извлекать на поверхность те божественные внутренние качества, которые всегда были присущи нашему существу.
Методы создания этого необходимого нам пространства содержатся в предварительных практиках тантры. Если мы попытаемся использовать мощные трансформативные энергии тантры без начальной подготовки, то наша практика никогда не будет успешной. Напротив, таким образом мы можем даже причинить себе вред. Мощный реактивный самолет, как известно, является быстрейшим средством передвижения, однако если в кресло пилота посадить человека, не прошедшего соответствующей подготовки, то это неизбежно приведет к катастрофе. То же и здесь: несмотря на то что тантра является быстрейшей колесницей осуществления полной самореализации, практика этих методов без предварительной подготовки будет крайне безрассудна и только продемонстрирует полное непонимание основной идеи тантры.
 

Глава 5 ВЫХОД ИЗ ЗАМКНУТОГО КРУГА НЕУДОВЛЕТВОРЕННОСТИ
Главными предпосылками к практике тантры, обычно называемыми основными принципами на пути к просветлению колесницы сутр, являются отречение, сердечная преданность боддхичитте и правильное видение пустоты. Для того чтобы подчеркнуть, что культивация этих трех состояний ума создает пространство, в котором может произойти тантрийская трансформация, мы .будем рассматривать эти три аспекта в главах, соответственно названных "Выход", "Открытие" и "Расстворение".
Начнем разговор с отречения, то есть выхода ума за пределы обычных, ограничивающих его.забот и проявления им интереса к осознанию своего безграничного, полностью освобожденного потенциала.
 

ЧТО ТАКОЕ ОТРЕЧЕНИЕ
Некоторые из предварительных методов создания особого пространства внутри нашего ума уже были упомянуты раньше. Так, эффективная практика тантры может осуществляться только в том случае, если мы разочаровались в привычней г гоне за чувственными наслаждениями и в стремлении удержать их. Мы должны глубоко, на уровне сердца осознать, что такое стремление отнюдь не приводит к ощущению удовлетворенности, но к боли и разочарованию. Если мы не сумеем увидеть, как привязанность к удовольствиям мешает нам вырваться из колеса повторяющихся разочарований (сансары), то в практике тантры мы будем совершать те же ошибки, что при обычном поиске счастья. Каждый раз, пережив блаженное состояние в результате практики, мы будем рассматривать его как нечто, обладающее самостоятельной реальностью и способное доставлять нам нескончаемую радость. Мы будем пытаться удержать это состояние, подобно пауку, набросившемуся на муху. Пытаться таким образом выжать удовольствие из жизни - это путь жестокого заблуждения, и до тех пор, пока мы не избавимся от такого подхода, нам никогда не удастся познать истинного удовлетворения, Если мы не освободимся от привычки
цепляться за ощущения и явления, практика тантры будет невольно превращена нами в еще одно бессмысленное блуждание по замкнутому кругу.
Итак, прежде всего, нам нужно развить в себе некоторую способность к отречению. Поскольку отречение нередко путают с подверженным мною критике состоянием напуганного, всеотвергающего ума, я начну с описания того, чем отречение на самом деле не является.
Оказавшись в сложной ситуации, мы можем попросту сдаться, отойти от решения проблемы в сторону. Это можно назвать отречением, но не отречением от сансары. Или, скажем, из-за ссоры с другом мы переезжаем в другой город, чтобы избавить себя от дальнейших страданий. Это тоже не имеет отношения к истинному отречению. А может, мы вообще не можем больше выносить человеческое общество и убегаем от людей в леса (другими словами, в кусты) с криком: "Я отрекаюсь от суетности этой жизни!" Живя, подобно животным, без удобств и достижений цивилизации, мы, несомненно, от чего-то отрекаемся, но это по прежнему нельзя назвать истинным отречением.
Принято считать, что отречение связано с соблюдением религиозных норм: если, мол, мы будем изучать духовные учения и заниматься медитацией, то узнаем, что такое отречение. Но это не совсем так. Если кто-то начинает нас критиковать:
"Да ты просто увлекся какой-то восточной мурой!" и мы расстраиваемся, то это значит, что мы совсем не развили в себе дух отречения. Напротив, это .говорит о том, что мы держимся за свою религию так, как держались бы за любую вещь или явление. Другими словами, стремление удерживать вещи и явления привело к тому, что наша духовная практика превратилась в еще одну форму обычной привязанности.
Под развитием духа истинного отречения подразумевается то, что мы больше не стремимся обрести счастье через чувственные удовольствия; мы видим, что бессмысленно ожидать глубокого удовлетворения от ограниченного и преходящего явления. Ясное понимание этого момента очень важно. Отречение - это не то же самое, что отказ от удовольствий или бегство от счастья. Отречься - значит отказаться от беспочвенных ожиданий относительно обычных удовольствий. Именно эти ожидания являются фактором, превращающим удовольствие в боль. Я не боюсь еще раз повто
рить, что в удовольствии нет ничего дурного. Отказываться следует не от удовольствий, а от нашего подхода к ним - цепкого, полного преувеличений, искажающего реальность и омрачающего наш ум.
 

РАЗВИТИЕ ДУХА ОТРЕЧЕНИЯ
Тибетский термин, обычно переводимый как "отречение", на самом деле буквально означает "бесповоротный выход". Он указывает на исходящее из глубины сердца решение о непременном выходе из замкнутого круга бесконечно повторяющихся разочарований обычной жизни. Попросту ' говоря, отречение - это когда человек чувствует, что он по горло сыт постоянно возникающими проблемами, и его ощущения настолько сильны, что он готов отказаться от той или иной привязанности и приступить к поиску иного способа привнесения смысла и удовлетворенности в свою жизнь. Таким образом, культивация отречения, или стремления к "бесповоротному выходу", связана с отстранением от липучего чувства привязанности, удерживающего нас от достижения своего полнейшего человеческого потенциала. '
В жизни бывают определенные периоды (это будет обсуждаться подробнее в главе 10), когда наши чувства автоматически отключаются от воспринимаемых ими в обычном состоянии объектов реальности, и мы переживаем то, что можно назвать естественным отстранением или естественным отречением. В такие моменты нам уже не за что уцепиться и не к чему привязаться. В этом состоянии даже наиболее привлекательный для чувственного восприятия объект перестает нас притягивать и оказывается не в силах отвлечь наш ум от трансцендентного созерцания. Но, как правило, когда дело касается объектов наших переживаний, мы очень далеки от состояния отстраненности. Нас не, перестает манить и завораживать нескончаемый поток чувственных впечатлений. Мы все время находимся в поиске новых, не похожих на предыдущие ощущений - чего-то такого, что бы вызвало у нас интерес и волнение. Если у нас есть машина, нам этого мало: мы хотим две. А когда у нас уже есть две машины, этого тоже оказывается недостаточно: нам нужен катер. А потом и этот катер нас уже не устраивает: мы хотим другой, побольше. И так может продолжаться до
бесконечности. Это и есть состояние неудовлетворенности - полной противоположности истинному отречению, или выходу сознания из замкнутого круга недовольства.
Каким-то образом нам нужно научиться быть естественными, а точнее, быть естественно не привязанными к материальным ценностям, свободными от желания получать сегодня то, а завтра это. Я говорю это не потому, что как отсталый тибетец не могу не позавидовать зажиточным жителям Запада. Я также не хочу сказать, что вы плохие люди, потому что живете в достатке, в то время как другие испытывают нужду. Я просто пытаюсь дать ответ на вопрос, почему мы испытываем чувство неудовлетворенности.
Мы всегда умеем найти какую-то внешнюю причину, на которую можно было бы списать его. "Мало этого, не хватает того". Но эта причина никогда не будет истинной подоплекой нашего беспокойства и разочарований. Нам не хватает чегото внутри нас самих, и это надо признать. Удовлетворение не зависит от материальных объектов;
это нечто такое, что происходит от простоты ..внутренней простоты.
Когда я говорю об отстраненности, то я имею в виду непритязательность в отношении к жизни. Отстраненность не означает отказ от всего, что нас - окружает. Это значит, что мы просто должны ослабить хватку и чувствовать себя более расслабленно. В мире очень много приятных вещей, но пока мы напряжены, пока сЬ страхом держимся за свои деньги и имущество, все это будет приносить нам все больше и больше несчастий. Если мы не умеем расслабиться и довольствоваться тем, что у нас есть, не умеем ценить естественную красоту своего окружения, не ощущаем в себе простоты, то даже владея всеми богатствами мира, мы будем чувствовать себя глубоко несчастными.
Что касается отречения, то это совсем не значит, что мы должны отказаться от своих удовольствий. Далеко не значит! Вся философия буддизма в целом и тантры в частности заключается в том, что мы, являясь человеческими существами с практически безграничным потенциалом, должны ставить себе целью достижение высочайшей степени удовольствия. Истинное отречение основывается не на чем ином, как на осознании того, что наши обычные удовольствия второсортны. Они ничтожны по сравнению с исключительным, несравненным блаженством, переживаемым при пробуждении спящих внутри нас энергий и достижении своего высочайшего внутреннего потенциала.
И дело не только в том, что эти обычные удовольствия второсортны. Уже одно то, как мы за них цепляемся, не дает нам испытать высшего счастья полной самореализации. Наш подход - это когда мы хватаем и выжимаем до последней капли то, что попадается нам под руку - это наркотик, омрачающий нашу природную ясность ума. Нас все больше и больше затягивает мир внешних явлений. Мы все больше удаляемся от своей истинной природы. Развить дух отречения - это значит понять, как обычная зависимость от удовольствий препятствует нам в духовном прогрессе, не давая вкусить возвышенного счастья.
При правильном развитии духа отречения мы позволяем себе отойти в сторону от привычной, невольной и стесняющей нас зависимости от чувственных наслаждений. И чем лучше мы понимаем, что эти удовольствия не в состоянии дать нам постоянного ощущения счастья, которого мы так жаждем, тем менее непререкаемыми и более реалистичными становятся наши притязания. Вместо того чтобы испытывать напряжение (как от жажды удовольствия, так и от виноватого отказа от него), мы чувствуем себя более расслабленно и непринужденно. Нас перестают особо пугать неблагоприятные обстоятельства. А когда мы испытываем нечто приятное, у нас это не вызывает дискомфорта: мы просто принимаем радость такой, какова она есть, не требуя большего. Мы можем чувствовать себя расслаблено не только потому, что осознаем преходящий характер всех удовольствий, на и потому, что наш взгляд устремлен на более возвышенную цель - на иную, высшую степень удовольствия, связанную с достижением заложенного в нас потенциала. Имея перед собой такую трансцендентную цель, мы не перевозбуждаемся от испытываемых нами мимолетных удовольствий и не теряем присутствия духа, когда дела начинают идти плохо. Другими словами, вместо того чтобы искать прибежища в объектах чувственного восприятия и пытаться таким образом положить конец своей неудовлетворенности, мы должны опираться на свой собственный внутренний потенциал.
 

ОТКАЗ ОТ ЛОЖНОГО ПРИБЕЖИЩА
Фраза "принять прибежище" позаимствована из традиционного контекста. Это часто повторяемое буддистами провозглашение веры в учителей, учения и духовное сообщество: "Я принимаю прибежище в буддах, я принимаю прибежище в дхарме, я принимаю прибежище в сангхе" - служит напоминанием о том, что, как правило, мы ищем прибежища в сиюминутных и мимолетных удовольствиях. Причем делаем это с постоянством, почти религиозным рвением и убежденностью. К примеру, в один из дней мы думаем: "У меня депрессия. Поеду-ка я отдохнуть на побережье". Мы отправляемся на океан, прыгаем в воду, плещемся, как рыба, а затем ложимся поджариться на солнце. Когда это занятие нам наскучит, мы думаем:
"А теперь я проголодался. Где-то тут лоток с закусками?" Мы набиваем себе живот в надежде найти утешение в уничтожаемых нами мороженом, кукурузе, кока-коле, шоколаде. Мы принимаем прибежище в этих вещах, надеясь что они избавят нас от депрессии и скуки, но в результате лишь обгораем на солнце и прибавляем в весе.
Когда в буддийской традиции говорят о принятии прибежища, этим подчеркивается важность отказа от отчаянного, ни к чему не приводящего поиска удовольствия. Принятие истинного прибежища связано с переменой образа мышления, вызванного осознанием полной никчемности всего преходящего, к чему мы обычно испытываем влечение. Когда мы ясно видим никчемность вещей, в погоне за которыми проходит наша жизнь, то обусловленная неверными взглядами жажда этих вещей автоматически уменьшается, а сила, заставляющая их удерживать, постепенно ослабевает. Нас перестает бросать из одной крайности в другую по капризу переменчивой судьбы, и мы обретаем необходимое пространство для того, чтобы приступить к освоению своего внутреннего потенциала.
 

Глава 6 ОТКРЫТИЕ СЕРДЦА. ЭГОИЗМ ИЛИ ПОСВЯЩЕНИЕ СЕБЯ ДРУГИМ
До сих пор мы описывали духовный путь с точки зрения раскрытия собственного потенциала. Когда мы понимаем, что привычный способ отношения к объектам желаний не позволяет нам вырваться из круговорота постоянной неудовлетворенности, наше стремление привести в движение более глубокий уровень своего существа начинает возрастать. Наша цель - познать состояние покоя и счастья, которое было бы постоянно и надежно, не зависело бы от смены обстоятельств и не было бы подвластно течению времени. Но даже такое возвышенное стремление освободиться из приносящего нам разочарования цикла желаний и неудовлетворенности по-прежнему несет в себе черты незавершенности. Почему? Да потому, что оно главным образом связано с заботой только о собственном благополучии.
Возможно, что прежде наши желания ограничивались обладанием объектами чувственного восприятия, но теперь - по развитии некоторого духа отречения - они стали направлены на осуществление нашего глубинного потенциала. Однако акцент остается прежним: "Хочу это, не хочу то".
Ограниченная озабоченность своим собственным благополучием делает для нас невозможным осуществление огромного потенциала нашего человеческого ума и сердца. Эта эгоистичная озабоченность выражается в том, что мы дорожим благополучием всего лишь одного существа - себя самих, - ставя его превыше благополучия бесчисленных существ, делящих с нами проблемы жизни. Этот в крайней степени ограниченный взгляд неизбежно заставляет наше сердце закрыться. И после этого мы - пусть даже подсознательно - начинаем считать себя пупом земли. Проблемы других нас уже не заботят.
До тех пор пока мы будем концентрировать свое внимание исключительно на собственном счастье - будь оно временным или постоянным, - нам никогда не удастся пережить опыт неизмеримости истинно открытого сердца. Единственный путь к достижению полного просветления - это путь освобождения себя от ограничений
такого узкого подхода, ограничений, связанных с самообожанием. В учениях всех достигших высокой степени духовного развития личностей - учителей прошлого - ясно говорится о том, что такая ограничивающая привычка к самообожанию приносит нам лишь духовное удушье. Если мы действительно стремимся к осуществлению своего высшего потенциала - или даже если мы просто хотим достичь некоторой степени удовлетворения своей повседневной жизнью, - то нам следует преодолеть это самообожание и как можно более полно посвятить себя служению на благо других. Это единственный путь к полному раскрытию сердца. Единственный путь к обретению опыта бесконечного счастья.
Бодхичитта - посвящение себя служению на благо других - означает, что, создав внутри себя определенную атмосферу позитивной энергии, мы становимся исполнены решимости разделить свое счастье с другими. Согласно буддийской психологии, мы никогда не достигнем состояния полного удовлетворения, не владея подходом настойчивой бодхичитты. Вместо этого, мы по-прежнему будем испытывать скуку и одиночество. Как пишет Панчен Лама в своем труде по тантризму, носящем название "Подношение духовному мастеру": "Самообожание является причиной всех несчастий и неудовлетворенности, в то время как отношение ко всем живым существам, по сути своей подобным вашей родной матери, как к чему-то более дорогому вашему сердцу, чем вы сами, - основой для всех осознании и знания. Поэтому, да удостоюсь я вдохновения сменить свое самообожание на заботу обо всех остальных". Это не какая-то сложная философская теория, а очень простое утверждение. Чтобы увидеть, является ли .самообожание причиной нашей растерянности и разочарований, нам нужно просто взглянуть на свой жизненный опыт.
Продолжая мысль, Панчен Лама предлагает нам обратить пристальное внимание на то, как Будда Шакьямуни распорядился своей жизнью. Полностью отказавшись от привязанности к самому себе, он посвятил себя целиком служению другим. В результате этого он обрел непревзойденное блаженство полного просветления. А теперь посмотрим на самих себя. Мы одержимы собой, собой и только собой, и в результате мы приобрели непрекращающиеся страдания и разочарования. Это
/ очень простое, прямолинейное сравнение, и нам не нужно полагаться на авторитет Панчена Ламы или кого-либо еще, чтобы усмотреть в нем истину. Все требующиеся нам доказательства присутствуют в нашей собственной жизни и жизни других людей. Тщательно проверьте, и станет ясно, что ограниченный эгоизм всегда ведет к разочарованиям, в то время как открытое сердце бодхичитты, посвящение себя другим приносит счастье и ощущение благополучия.
 

МОТИВАЦИЯ БОДХИЧИТТЫ ОТКРЫТОГО СЕРДЦА
Мы уже рассмотрели, как привычная привязанность к объектам чувственного восприятия не позволяет нам пережить счастье и ощущение удовлетворенности, к которым мы стремимся. Если мы искренне полны решимости достичь высшей степени человеческого удовольствия, то в таком случае нам следует предоставить своему уму необходимое для этого пространство'- через развитие подхода отречения. То есть для того, чтобы получить возможность опыта истинного удовольствия, мы должны отказаться от привычной погони за удовольствиями. Подобным образом, до тех пор пока мы одержимы заботой только о собственном счастье, нам никогда не удастся пережить высшего счастья полностью просветленного ума. Другими словами, если мы хотим достичь высочайшей из существующих целей, то нам следует культивировать в себе высочайшую из существующих мотиваций, обращающих нас на путь духовного развития.
В буддийской терминологии такой мотивацией является бодхичитта. Это импульс к достижению полного просветления (бодхи, или буддовости), чтобы принести максимальную пользу другим чувствующим существам.
Лишь через преданное служение на благо всех существ, иначе - через культивацию открытости сердца Бодхичитты - мы сможем пережить опыт высшего счастья.
Подход настойчивой бодхичитты - это мощная энергия, способная полностью трансформировать наш ум. Мы можем проследить истинность этого на собственном опыте; это не что-то, требующее слепой веры. После того как мы взрастим в своем сердце бодхичитту, все хорошее, что есть в
жизни, начнет притягиваться к нам, как к магниту. Различные блага начнут сыпаться на нас, подобно дождю. В данный же момент, поскольку наше сердце полно самообожания, единственное, что нам пока удается, - это сплошные невзгоды. Но, взрастив в себе бодхичитту, мы привлечем к себе хороших друзей, хорошую пищу - все хорошее.
Как сказал Далай-лама, если хочешь быть эгоистом, будь по крайней мере мудрым эгоистом. Под этим странно звучащим советом он имел в виду то, что бодхичитта некоторым образом напоминает чрезмерно развитый эгоизм: посвящая свою любящую доброту другим, взамен получаешь столько счастья, сколько бы не смог приобрести никаким иным способом. Как правило, в нашей жизни не так уж много счастья, оно как бы ускользает от нас. Так что, если мы хотим быть счастливыми, единственное, что нам остается сделать, - это посвятить себя беззаветному служению на благо других.
 

ОСВОБОЖДЕНИЕ ОТ САМООБОЖАНИЯ
Не следует думать, что бодхичитта - это "религиозный" подход, нечто такое, что мы должны просто принять на веру. Это в высшей степени сострадательный образ мышления, являющийся результатом ясного понимания и Проникновения в составляющую нашу собственную суть реальность (а также реальность других). Когда мы заботимся только о себе, проблемы кажутся непреодолимыми. Когда мы поглощены мыслями о себе, наш ум полон беспокойства и тревоги. "Быть может, у меня подкачала внешность", "Быть может, я никому не нравлюсь", "Интересно, получится ли это у меня". И так далее. Все, имеющее отношение к собственному "я", становится проблемой и поводом для беспокойства, ставит под угрозу наше благополучие.
Единственный путь освободиться от невротической одержимости собой - это открыть свое сердце другим. Когда мы искренне озабочены благополучием кого-либо еще, нас во многом перестают волновать собственные проблемы, по крайней мере на какое-то время. И по мере того как жалость к себе сменяется состраданием к другим, мы открываем внутри себя тайную сокровищницу силы и мудрости. Можно сказать, что обладание такой
сострадательной бодхичиттой уже само по себе является разновидностью опыта просветления. Когда мы создаем в своем сознании свободное пространство, мы, если можно так сказать, приобретаем намного более универсальный характер. То есть вместо того, чтобы быть погребенными в своей обычной суетной реальности, мы перемещаемся в более просторную сферу всеохватывающей заботы о других. Это автоматически избавляет нас от многих проблем.
Так, мы нередко поднимаем шум из-за незначительных событий в нашей жизни, превращая мелочи в серьезные проблемы. Но, когда мы взрастим в себе универсальный подход бодхичитты, эти маленькие заботы утратят свое значение и перестанут нас беспокоить. Когда тяжелая ноша заботы о себе самих наконец спадет с наших плеч, мы узнаем вкус свободы, сопутствующей полной духовной самореализации. Опыты, подобные этому, вдохновляют, убедительно демонстрируя практическую, повседневную ценность практики и трансформирования сознания.
 

ЗАБЛУЖДЕНИЯ ОТНОСИТЕЛЬНО БОДХИЧИТТЫ
Впервые услышав о бодхичитте, некоторые путают ее с сентиментальным, глубоко эмоциональным состоянием ума: "О, как я хочу, чтобы люди были счастливы! Мне невыносима мысль о их страданиях!" Такие индивидуумы настолько переполнены мыслями о нуждах других, что их ум погружается в состояние депрессии. Но истинная бодхичитта совсем не такая; она не имеет никакого отношения к расстроенному и парализованному 'состоянию ума. Напротив, она чиста и непринужденна, ей присущи как спокойная мудрость, так и глубоко прочувствованное сострадание. Это путь полного раскрытия сердца - когда мы постоянно держим сердце предельно открытым.
Существует еще одно ошибочное представление о бодхичитте, возникающее у людей, впервые услышавших о ней. Поскольку для того, чтобы принести пользу чувствующим существам в полной мере и на наиболее глубоком уровне, мы должны полностью развить свой внутренний потенциал, некоторые считают, что они ничем и никому не могут помочь, пока сами не станут буддами. "Сначала мне нужно много лет учиться, - думают они, - и только затем я могу перейти к практике тренировки ума. Может быть, через много лет я разовью в себе дух отречения и бодхичитту. И тогда, в далеком будущем, когда я стану просветленным, я смогу начать приносить пользу другим существам".
Такой подход абсолютно неверен: мы лишь взваливаем на себя ношу ложных представлений о том, как должна развиваться наша духовная жизнь. Это всего лишь еще одно ограничение, еще одна фантазия. Если мы будем твердо верить в такую жесткую программу своей жизни, то не успеем оглянуться, как придет смерть, а мы ,еще даже не вступили на путь истинного духовного развития!
Дело в том, что взращивая в себе любовь, чувство сострадания, мудрость и все остальные качества, позволяющие нам постичь истинную природу реальности и ведущие нас к просветлению, мы можем непрестанно помогать другим. Живя простой жизнью и обладая сердцем, настойчиво преодолевающим ограниченное самообожание, мы уже тем самым автоматически приносим окружающим благо. Каждой стадии духовного развития (от первой до последней) присущи своя собственная сила и уровень способностей; характер помощи, оказываемой нами другим, зависит от того, на какой ступени мы сейчас находимся. Мы должны мыслить реалистично и помогать другим в соответствии со способностями, которыми наделены на данный момент. Мысль о том, что мы не можем ничего сделать, пока не достигнем просветления, эгоистична и говорит о нашем невежестве. Она отражает в корне ошибочное представление о задачах и целях духовной практики.
Это неправильное представление связано с подходом, которого мы придерживались на протяжении всей своей жизни. В школе, например, мы мыслили так: "Я должен учить эти скучные предметы, чтобы в будущем выдержать экзамены, получить ученую степень, найти хорошую работу, заработать много денег - и вот тогда-то наконец я почувствую себя счастливым". Акцент всегда делается на будущем: "Когда у меня будет хватать денег", "Когда у меня будет собственный дом", "Когда я удалюсь от дел". Этот акцент с легкостью переносится и в область духовной практики: "Когда я завершу практику", "Когда обрету .просветление". Но думать таким образом - заблуждение.
Несбыточные мечты о будущем делают наши нынешние поступки весьма далекими от реальности.
Очень важно понимать, что подлинная практика, это то, что мы делаем шаг за шагом, день изо дня. Мы делаем то, что в наших силах; пользуемся той мудростью, которой обладаем на данный момент, и действуем во благо других. Мы всего лишь живем своей жизнью, на пределе своих возможностей и способностей. Это уже само по себе будет приносить другим огромную пользу; нам не нужно ждать, пока мы станем буддами, чтобы начать действовать.
 

РАЗВИТИЕ ПОДХОДА РАВНОСТНОСТИ - ОСНОВЫ БЕЗГРАНИЧНОГО СОСТРАДАНИЯ
Если у нас есть ясное и четкое понимание философии и психологии бодхичитты, и мы пытаемся вести себя соответствующим образом в повседневной жизни, пробуя применять во всех своих действиях идею посвящения себя с открытым сердцем другим существам, это уже является достаточной духовной практикой. Это уже само по себе хорошо. Конечно, зарождение подлинной бодхичитты - такого состояния ума, когда мы автоматически больше заботимся о других, чем о себе, - это очень глубокая степень осознания, и нам предстоит пройти долгий путь, прежде чем ее достигнуть. Однако недостаточно одного желания для того, чтобы полностью раскрыть свое сердце. Этот процесс происходит постепенно, в течение долгих занятий духовной практикой.
С моей точки зрения, одной из прекрасных черт буддизма является то, что он предлагает нам путь ^ практической тренировки ума. Он не говорит:
"Бодхичитта - это здорово, потому что Будда так , сказал!" Вместо этого он предлагает нам методы . зарождения такого подхода, и мы сами можем убедиться в том, работает он или нет, хорошо это или . плохо.
Согласно этим методам, первое, что нам сле. дует в себе выработать - это чувство равностно, ста, или равновесия. Так же как фундамент - основа, на которой мы строим здание, так и равностность - непредвзятое отношение ко всем живым . существам - основа для культивации бодхичит. ты. Как показывает опыт мастеров медитации прошлого, по достижении состояния такого равновесия бодхичитту можно взрастить довольно быстро. Однако, поскольку привычка к строгому делению людей на друзей, врагов и посторонних глубоко в нас укоренилась, такая уравновешенность ума достигается нелегко. Мы, с нашим неуемным желанием во что-нибудь "вцепиться", привязываемся к нашим дорогим друзьям, с ненавистью и отвращением отвергаем тех, кто нам пришелся не по вкусу, и с безразличием смотрим на людей, которые, как нам кажется, не приносят нам ни вреда, ни пользы. До тех пор пока наш ум находится во власти таких факторов, как предпочтение, антипатия и безразличие, мы не сможем взрастить в своем сердце драгоценную бодхичитту.
Равностность - это не интеллектуальное понятие; это не просто еще одна мысль или абстрактная идея, с которой можно немножко поиграть, повертеть так или этак. Скорее, это состояние ума, особое качество сознания или осознанности, которое достигается через постоянное ознакомление с ним. Для того чтобы это произошло, нужно приложить немало усилий. Иными словами, нам следует тренировать свой ум, трансформируя свое от. ношение к другим людям в самой его основе. Например, когда я впервые встречаюсь на медитативном курсе с новой группой, мое отношение ко всем одинаково. Я никого из них раньше не встречал (словно они из-под земли появились!), и у меня не было времени к кому-то из них привязаться или почувствовать антипатию. Они для меня все равны. Если я перенесу это ощущение непредвзятой равностности, испытываемое мной по отношению к новым, незнакомым людям, на моих друзей (к которым я привязан), а также на моих врагов и критиков (которые мне не нравятся), то я приступлю к развитию в себе подхода подлинной равностности ко всем живым существам.
Существует детализированная медитативная техника, направленная на создание такого равновесия. Вкратце приведу ее. Вы представляете себя окруженным тремя людьми: один из них - ваш лучший друг, второй - заклятый враг, а третий - совершенно незнакомый человек. Один из вариантов визуализации таков: друг стоит у вас за спиной, а враг и незнакомец - перед вами, причем вы окружены толпой людей и других живых существ в человеческом обличье. Расположив всех таким образом, вы внимательно исследуете те чувства, которые вы испытываете по отношению к
каждому из трех вышеназванных лиц, и анализируете, почему вы отнесли их к той или иной категории.
Когда вы зададите себе вопрос, почему вы чувствуете близость только к одному человеку, а к двум другим нет, то, вероятно, обнаружите, что приходящие на ум причины носят очень поверхностный характер и основываются на нескольких отобранных вами конкретных событиях. К примеру, вы можете считать кого-то другом только потому, что думая о нем или ней, вспоминаете определенные моменты, когда по отношению к вам была проявлена доброта или высказана привязанность. А второй человек оказывается врагом потому, что вы помните о каких-то неблаговидных поступках с его стороны. Что касается третьего, то причина, почему вы считаете его посторонним, чужим, заключается в том, что у вас не отложились в памяти моменты, когда бы он принес вам пользу или причинил вред.
Причины, лежащие в основе вашей реакции на человека, в действительности носят случайный характер. Если вы старательно покопаетесь в своей памяти, то непременно вспомните множество ситуаций, когда эти три выбранные вами человека, не полностью соответствовали отведенной им вами роли. Очень возможно вам вспомнятся моменты, когда так презираемый вами "враг" проявил по отношению к вам доброту; или когда ваш любимый друг пробудил в вас гнев; или даже когда человек, к которому вы сейчас безразличны, очень много для вас значил. Если вы поразмыслите об этом, то уже никогда не сможете относиться к этим людям с такой предвзятостью, как сейчас. А когда вы задумаетесь о том, что каждое живое существо - в течение своего безначального существования в прошлых воплощениях - уже причиняло вам зло и приносило добро, как соответственно враг и друг в этой жизни, вы придете к пониманию равенства всех живых существ, поскольку все они уже многократно выступали по отношению к вам в роли друга, врага или постороннего. |
Тренируя свой ум таким образом, вы добиваетесь того, что ваше чувство привязанности к другу, неприязни к врагу и безразличия к постороннему постепенно начинает ослабевать. Это признак того, что вы начинаете испытывать некоторую уравновешенность ума. Держитесь за это чувство, и в конечном итоге практика приведет вас к тому, что
оно станет неотъемлемым качеством вашего ума.
Медитация на равновесие - это лучший способ добиться великолепного здоровья ума. Вместо того чтобы платить сто долларов за часовой прием у терапевта, лучше медитируйте на равновесие! Закройте глаза и не обращайте внимания на все физические ощущения. Отключите пять органов чувств и позвольте себе погрузиться в глубины интенсивной осознанности ума, переживающего опыт равновесия. Вы станете более уравновешенным, спокойным и открытым человеком. Даже после десяти минут подобной медитации вы вернетесь в совершенно новый мир, не похожий на прежний.
Существует очень распространенное заблуждение насчет того, как развить в себе чувство равновесия. Некоторое люди думают, что для этого нужно стать ко всему и ко всем безразличным. Они боятся, что, ослабив свою привязанность к семье и друзьям, они утратят чувство любви и близости. Но не стоит тревожиться. При подлинно равностном отношении, мы никоим образом не можем ни для кого закрыть свое сердце.
Чем больше мы занимаемся практикой, учась видеть изначальное равенство всех существ и преодолевая нашу привычную тенденцию к жесткому делению на друзей, врагов и посторонних, тем больше открывается наше сердце, неизмеримо возрастает наша способность любить. Освободившись от предрассудков, мы начнем полностью отдавать себе отчет в том, что все без исключения желают и имеют право быть счастливыми, стремиться избежать даже малейших страданий. Таким образом, основываясь на подходе равностности, равновесия, мы получаем возможность культивировать в себе безграничную любовь и сострадание и в конечном итоге достичь полной реализации бодхичитты - открытости сердца, всецело посвятившего себя служению всему живому, ради всеобщего блага.
 

БОДХИЧИТТА КАК НЕОБХОДИМОЕ УСЛОВИЕ ПРАКТИКИ ТАНТРЫ
Культивация бодхичитты совершенно необходима в качестве предпосылки для успешной практики тантры. Всеми духовными мастерами утверждалось, что для того, чтобы быть должным образом подготовленным к тантрийской практике, необходимо обладать очень сильной мотивацией бодхичитты. Истинные тантрики стремятся следовать наикрайтчайшему пути к просветлению не потому, что их влечет желание быстро достичь освобождения для самих себя, а потому, что они испытывают чувство непереносимого сострадания к • другим существам. Они понимают, что чем длиннее их путь к просветлению, тем дольше придется ждать нуждающимся в помощи. Таким образом, молниеносная колесница тантры предназначена для тех, кто желает как можно ощутимее и как можно быстрее помочь остальным.
Действительно, бодхичитта является важнейшей предпосылкой к практике тантры, однако точнее было бы сказать, что истина заключается в обратной взаимозависимости: цель тантрийской практики состоит в упрочении бодхичитты.
Существует множество тантрийских божеств - Авалокитешвара, Манджушри, Тара и прочие, в практики которых можно получить посвящение; великое множество божеств, на которых можно медитировать. Но зачем нужны все эти божества? В чем задача всех этих практик? Цель заключается не в чем ином, как в воспитании целеустремленного сердца настойчивой бодхичитты. Действительно, другого объяснения существованию этих божеств нет. Более того, все тантрийские медитации посвящены одной-единственной цели, а именно развитию сильной бодхичитты.
Возьмем, к примеру, практику тысячерукого Авалокцтешвары. Весь смысл манифестации своего сознания в образе божественного светоносного существа с тысячью рук заключается в том, что вы можете протянуть руку помощи тысяче страдающих существ. Какое еще обоснование можно дать стремлению обладать таким количеством рук? И если вы испытываете дискомфорт, проявляя себя таким образом, то вы всегда можете соотнести медитацию с родной культурой и манифестировать свою внутреннюю сущность в образе Иисуса, Святого Франциска или любого другого святого.
' Нам необходимо понять, что, скажем, Авалокитешвара и Иисус, по сути, являются одним и тем же; основа их существа природа заключается во всецелом посвящении себя самоотверженному служению другим. Таким образом, когда мы стараемся им уподобиться - через практику тантры, молитву или каким-то иным способом, - то это
Делается только для того, чтобы обрести способность так же самоотверженно служить живым существам. Подлинный смысл бодхичитты заключается в самоотверженном посвящении себя другом, и именно поэтому бодхичитта является не только главной предпосылкой к практике тантры, но и наиболее значимым ее результатом.
 

Глава 7 УСТРАНЕНИЕ ПОРОЖДЕННЫХ НАМИ ОГРАНИЧЕНИЙ. БРЕМЯ ОШИБОЧНЫХ ВЗГЛЯДОВ
До сих пор мы рассматривали две предпосылки чистой тантрийской практики - отречение и бодхичитту, - способствующие созданию пространства, через которое мы можем познать нашу собственную сущностную природу. Отречение ослабляет нашу привычку "ловить" удовольствия и полагаться в поисках получения удовлетворения на внешние факторы, в то время как бодхичитта противостоит подходу самообожания, при котором мы фокусируем свое внимание на собственном благополучии и пренебрегаем другими живыми существами. Обратимся теперь к третьей основной предпосылке - культивации правильного видения.
В данном контексте правильное видение означает "мудрость ясного осознания истинного образа существования нас самих и всех остальных явлений". Данная мудрость представляет собой прямое . противоядие от всех ошибочных представлений, сложившихся у нас о том, кто мы есть и каков в действительности окружающий нас мир. До тех. пор пока на нас лежит бремя этих ложных представлений, мы не можем выбраться из ловушки мира собственных проекций, будучи обреченными на вечное скитание в порожденном нами самими замкнутом круге неудовлетворенности. Но если нам удастся с корнем вырвать из своего ума подобные взгляды, мы познаем свободу, простор и не требующее усилий счастье, в которых мы в настоящий момент себе отказываем.
Осознание правильного видения реальности не имеет отношения к мистике. Для этого не нужно сидеть, уставившись в пространство, и молиться о
постижении истины. Некоторые думают, что ложное видение существует на земле, а правильное видение - где-то на небесах. Это не так. Не следует так же считать, что ложное видение обретается в загрязненных городах Запада, в то время, как правильное видение можно найти в чистом воздухе Гималаев. Ничего подобного. Правильное видение доступно везде и всегда. Прекрасный лик реальности существует внутри всех явлений, прямо здесь и сейчас. Это всего-навсего вопрос удаления слоев собственных проекций, омрачающих ясное видение реальности. Мы этому виной, и нам искать решение.
Когда бы мы ни оказывались в сетях идеи о том, что наше существование проходит определенным, конкретным образом, мы глубоко заблуждаемся. Иной раз, когда мы смотрим на себя в зеркало, мы думаем примерно следующее; "Как я сегодня выгляжу? Я не хочу, чтобы меня видели, когда я сам на себя не похож!" Хотя в действительности мы постоянно меняемся. Мы меняемся от мгновения к мгновению, но тем не менее считаем, что обладаем некой постоянной, неизменной природой.
Наше видение внешнего мира тоже обманчиво. Нашим органам чувств привычно двойственное восприятие вещей; оно заключается в том, что каждый предстающий перед нами объект чувственного восприятия производит на нас впечатление чего-то самосущего, конкретного, обладающего независимой реальностью. Нам кажется, что только потому, что мы можем видеть, слышать, обонять, чувствовать вкус и осязать предметы, они должны быть подлинными и настоящими, обладать монолитной реальностью, то есть быть такими, какими мы их воспринимаем. Но конкретное ^ представление, сложившееся у нас о том, как они существуют, это тоже всего-навсего галлюцинация и не имеет никакого отношения к их реальности.
Для того чтобы преодолеть эти прочно укоренившиеся в нас неправильные представления и постичь истинный образ существования вещей, требуется время и проницательное исследование ясного ума. Но мы можем начать этот процесс прямо сейчас, стараясь чуть скептичнее относиться ко всему тому, что представляется нашему уму. К примеру, как только мы осознаем, что держимся за жесткое, неизменное представление о самих себе - "Я такой", "Я должен быть таким", - нам
следует себе напомнить, что этот образ не более чем фантазия, сиюминутная проекция нашего ума. Мы не должны также пассивно соглашаться с тем, что образ существования внешних явлений в той же мере конкретен и самодостаточен, каким он кажется нам. Есть смысл относиться чуть подозрительнее к тому, что нам говорят наши чувства и обычные представления. Подобно тому, как умудренный опытом покупатель, приобретая машину, не сразу верит на слово тому, в чем его пытается убедить продавец.
 

СНЫ И ПУСТОТА
Если мы хотим понять, каким образом нас вводят в заблуждение собственные ложные проекции и как можно начать избавляться от них, следует обратиться к очень полезной аналогии нашего опыта сновидения. Когда мы просыпаемся утром, то где все те люди, которых мы только что видели во сне? Откуда они пришли? И куда ушли? Реальны они или нет? Конечно, нет. Все эти люди из снов, и опыт, переживаемый нами в снах, - порождения спящего, видящего сны ума; они всего лишь нечто, привидевшееся нашему уму. Они реальны только до тех пор, пока мы видим сновидения; для бодрствующего ума они уже являются не более чем бестелесными призраками, лишенными плоти воспоминаниями. Пока мы спали, они казались нам совсем настоящими, будто действительно где-то существовали, обладая собственной, конкретной, независимой от нас реальностью. Но, проснувшись, мы осознали, что это были всего-навсего проекции нашего видящего сны ума. Какими бы реальными эти люди нам ни казались, в них не было ни единого атома самобытия. Абсолютно лишенные какой-либо объективной реальности, они были всего лишь галлюцинациями в нашем опыте сновидений.
Весьма схоже с данным опытом то, что мы испытываем в состоянии бодрствования, включая наше ощущение самости. Все это точно так же лишь галлюцинация. Несмотря на конкретную видимость некоего существования таких явлений, 'они на самом деле сами по себе не существуют. ' Обладающие относительной природой феномены существуют для нас только до тех пор, пока функционирует, пока включен, так сказать, наш
обычный, обыденный ум. Если же его отключить, то и обычные явления перестанут ему представляться.
Идея заключается в том, что люди и вещи, составляющие мир нашего чувственного восприятия, не существуют в той монолитной, объективной форме, какими они сейчас видятся нам. Внешняя видимость - это всего лишь манифестация нашего обычного сознания; просто таким вот образом они постигаются и фиксируются нашим предвзято расположенным умом. Однако главной нашей проблемой является не то, что вещи кажутся существующими само по себе, а то, что мы принимаем эту видимость за истину.
Наша привычка верить или держаться за то, что является всего-навсего привычной внешней видимостью вещей - как будто она абсолютно реальна и наиболее истинна, - присуща нам, начиная с безначального времени. Это не какой-то там новоявленный философский подход, и именно поэтому привычку эту нелегко преодолеть. Однако мы можем начать искоренять ее, просто-напросто осознав, что наше обычное видение реальности является заблуждением, что наша инстинктивная вера в независимое самобытие вещей - это ложное представление, не имеющее никакого отношения к подлинному образу существования всех вещей. И одно уже понимание этого подвигнет нас на путь освобождения от подобных привычек. А затем мы можем начать просыпаться.
 

ЦЕПКОСТЬ "ЭГО" И УГРОЗА ЕГО СУЩЕСТВОВАНИЮ
Монолитной, объективной реальности лишено не только то, что существует вне нас. То же самое справедливо и для нашего внутреннего ощущения себя, нашей самости. Мы инстинктивно полагаем, что существуем как нечто реальное, определенное и вещественное. У нас нет никаких сомнений относительно того, что есть "настоящее я", и нам кажется абсурдным рассматривать это как еще одну галлюцинацию. И все же, взяв на себя труд поискать, где скрывается это якобы конкретное "я", мы увидим, что нигде не можем его обнаружить. Ни голова, ни рука, ни нога, ни какая-либо другая часть нашего тела не являются нашим "я". Тоже самое справедливо и для нашего ума: ни одна из бесчисленных мыслей, ни одно из постоянно
возникающих и исчезающих чувств не являются нашим подлинным "я". И, разумеется, такое прочное ощущение себя не может существовать где-либо за пределами нашего тела и ума. Однако не-' смотря на тот факт, что мы нигде не можем отыскать обладающее независимой природой, самостное "я" (ни внутри, ни вне нас), мы по-прежнему держимся за него очень крепко всем своим существом - так крепко, как будто оно вполне реально. Такую врожденную веру в то, что на самом деле не является истиной, этот основной источник всех наших проблем, можно назвать цепкостью "эго". Нам не потребовалось вырабатывать в себе эти ошибочные представления; они были с нами на уровне интуитивной убежденности с самого рождения. Более того, именно сама цепкость "эго" в первую очередь и подтолкнула нас к рождению.
Каким образом цепкость "эго" формирует и поддерживает наше неправильное видение? Мы можем получить об этом общее представление, если время от времени будем обращать внимание на свои мысли: "Как мой ум интерпретирует реальность? Кто есть я с его точки зрения?" Если наше исследование будет достаточно проницательным, то мы обнаружим, что постоянно носим в себе предвзятое, конкретизированное представление о своем "я" ("Да, я именно такой и есть") и что это представление не имеет никакого отношения к реальному положению вещей.
Наше обычное "эго"-понимание сводится к таким заявлениям: "Я определенно где-то существую. Я - реален". Мы ни на секунду не задумываемся о следующем: то, кем и чем мы являемся, - это всего лишь результат имени или названия, данного группе постоянно меняющихся физических и умственных составляющих. Наш ум, не от^ пускающий от себя "эго" ни на шаг, полон решимости создать и поддерживать чувство спокойной, твердой уверенности в собственной несокрушимой индивидуальности. Он никогда не сможет смириться с тем, что "я" или "сам" - это всего-навсего лишь жалкая тень реально существующего, просто имя или обозначение. Вместо этого он отстаивает свои права: "Я существую сам по себе. Это моя суть. Во мне это заложено. Я не какое-то порождение предвзятых представлений". Но такие утверждения абсолютно ошибочны. Благодаря им формируется неправильное видение, лежащее в основе всех наших трудностей.
Мы настолько привыкли к некой очевидной конкретности внешней видимости вещей (включая и нас самих), что нам уже нелегко просто взять и переключиться, принять более свободный, менее "тесный", узкий взгляд на себя и окружающий мир. Наше "эго" (в данном контексте, невротический ум, цепляющийся в поисках опоры за чувство твердой уверенности в собственной индивидуальности) очень сильно и будет до последнего бороться с любой точкой зрения, углом видения, что ставят под угрозу его безопасность. Оно глубоко обеспокоено предположением о том, что "я", как и все остальное, это нечто, просто-напросто украшенное ярлыком понятийного мышления. Таким образом, медитируя на несуществование "я" самого по себе, мы должны ожидать со стороны ума яростного сопротивления. Это совершенно естественно: прочно укоренившееся в нас "эго" борется за свое существование.
 

ОПРЕДЕЛЕНИЕ ВНУТРЕННЕГО ВРАГА
До тех пор пока наше цепкое "эго" будет проецировать на все свое жесткое, ограниченное видение реальности, в нашем уме не будет хватать места для всеобъемлющего опыта неограниченного. видения тотальности, к которому мы все внутренне стремимся. Таким образом, для того чтобы сделать шаг за свои ложные представления и проекции, мы должны сначала избавиться от всех неправильных идей, существующих у нас о себе. Нам нужно получить как можно более четкое представ- ;
ление о том, как мы в настоящий момент осмысливаем себя; о том, как мы держимся за ложное ! восприятие своего "эго", пока мы со всей ясностью | не осознаем, в чем заключается наше привычное | неправильное видение. Другого пути выработки правильного видения нет.
Великие мастера медитации прошлого подчеркивали важность как можно более четкого выделения и опознания понятийной чепухи, захламляющей наш ум. Использование мощных техник | медитативного инсайта (проникновения) для преодоления расплывчатых или просто теоретических представлений о себе не приносит никакой пользы. Мы должны определить источник своих трудностей, заглянув в глубины собственного ума 1 в поисках характерных для него ошибочных представлений. Только тогда мы получим возможность
нанести удар по первопричине возникновения наших проблем. Иначе сложится ситуация, что, когда враг подкрадется к нам с востока, мы обратим свое оружие на запад.
Этому моменту следует уделить больше внимания: одна из главных причин того, что мы продолжаем переживать различные невзгоды циклического существования (снова и снова попадая из одной неблагоприятной, не приносящей удовлетворения ситуации в другую), заключается в неспособности увидеть, откуда проистекают все наши проблемы. Даже когда мы, преодолевая распространенное заблуждение, перестаем считать, что все трудности бывают вызваны внешними причинами, нам по-прежнему часто не удается правильно определить внутреннего врага. Мы можем, к примеру, прийти к ошибочному заключению, что источник нашей неудовлетворенности и разочарований кроется в каком-то определенном взгляде или мнении интеллектуального характера, которых мы придерживаемся. Мы можем решить: "Все, что мне нужно сделать для того, чтобы исправить сложившуюся ситуацию, - это заменить прежние взгляды на более возвышенную, более достойную философскую точку зрения". Но такой поверхностный подход никогда не затронет корней наших трудностей.
Наша основная проблема - это не проблема интеллектуального подхода. Мы можем сначала согласиться с определенным способом анализировать то, кем и чем мы являемся, а позднее сменить свою точку зрения на диаметрально противоположную. В то время как такие перемены могут удовлетворить нас интеллектуально, они не решают изначальной, органической проблемы, связанной с нашим "эго". Более того, пусть мы и гордимся нашим новым уровнем интеллектуального развития, на самом деле единственное, что мы сделали,-это подменили один набор предвзятых представлений другим. Вместо того чтобы ослабить цепкость своего "эго", мы просто подкидываем ему еще кое-что, за счет чего можно укрепиться.
 

ПОСТЕПЕННЫЙ ОТКАЗ ОТ ЗАБЛУЖДЕНИЙ
Мы должны понять, что сразу же изгнать из своего ума привычное конкретизирующее "эго"видение не удастся. Для того чтобы полностью
преодолеть внешнюю видимость объектов требуется время. Но мы можем нанести удар по более явным, заметным нашим заблуждениям прямо сейчас. Для этого нужно ослабить жесткую позицию относительно того, что мы считаем реальностью. И тогда, даже несмотря на то, что конкретизированная внешняя видимость вещей по-прежнему будет присутствовать, мы уже не будем с такой готовностью идти у нее на поводу.
Традиционные буддийские тексты иллюстрируют этот момент учения с помощью аналогии о волшебнике и его зрителях. Читая гипнотические заклинания над куском дерева или камнем, искусный волшебник может заставить людей увидеть, к примеру, лошадей. Находясь под воздействием чар, люди не только видят этих иллюзорных животных, но и верят в то, что они реально существуют. Они околдованы могуществом волшебника и обмануты его иллюзиями. Благодаря силе заклинаний, волшебник тоже видит лошадей, но, конечно же, не верит в них; он знает, что они иллюзорны, так как это плод его собственного волшебства. Таким образом, в то время как зрители смотрят это представление, раскрыв рты, сам волшебник остается безучастным и не вовлеченным в происходящее.
Обычно и мы уподобляемся этим зрителям, будучи готовы поверить во все те иллюзии, что подсовывают нам наши двойственные суждения. Если нам что-то кажется привлекательным, мы с готовностью позволяем себя обмануть и устремляемся в погоню. Если же внешний облик (каким мы его видим) этой вещи меняется и перед нами предстает нечто менее привлекательное, то мы тут же разворачиваемся и бросаемся наутек. Мы не на секунду не останавливаемся, чтобы поразмыслить о том, почему это происходит. О том, что эта переменчивая видимость является всего лишь отражением состояния, в котором пребывает наш собственный ум, и не имеет никакого отношения к самому объекту. В результате мы постоянно шарахаемся из одного состояния неудовлетворенности своим существованием в другое. Причем мы не оставляем тщетных попыток обрести опору для нашей иллюзорной "эго"-индивидуальности в погоне за или в бегстве от иллюзорных объектов. Таким образом, наша жизнь превращается в театр абсурда, полный эмоциональных конфликтов, разочарований и обманутых ожиданий.
Но мы можем отпустить от себя эти невежественные представления. Подобно волшебнику, мы можем остаться незатронутыми теми или иными конкретными проявлениями внешней видимости, которые перед нами возникают. В конце концов, когда наш ум окончательно очистится от искажений восприятия, то исчезнут даже эти двойственные проявления. Но нам не нужно ждать этого момента, чтобы освободиться от своих конфликтующих эмоций. Когда мы в какой-то мере избавимся от своих ограничивающих, конкретизирующих суждений, мы вкусим вкус этой свободы.
 

КУЛЬТИВАЦИЯ СРЕДИННОГО ПУТИ
Все эти разговоры о несуществовании "себя" как такового и об иллюзорной природе всех явлений, может подвести к нас заключению о том, что и мы сами, и все остальные, и окружающий нас мир, и просветление вовсе не существуют. Но такое заключение слишком нигилистично и является крайностью. Явления существуют, Отвергнуть следует ошибочное .представление об их кажущейся конкретной и независимой форме существования.
Возьмем, к примеру, радугу. Существует она или нет? Конечно, существует. Но как? Как некое порождение игры капелек воды в небе, солнечного света и нашего собственного угла зрения. Таким образом, радуга оказывается явлением, основанным на взаимозависимости различных элементов, и если мы его изучим, то можем обнаружить различные причины и условия его возникновения. Но когда мы любуемся на эту радугу, нас настолько потрясает ее красота, .что хочется протянуть руку и коснуться ее. Однако, по мере того как мы к ней приближаемся, радуга будто отступает от нас. Как бы быстро, как бы далеко мы не бежали, нам так и не удастся ее поймать, ухватиться за что-то твердое, вещественное. Радуга неуловима и неосязаема по своей природе, и мы должны удовольствоваться осознанием того, что это прекрасное явление не более чем внешняя видимость; нечто такое, что нельзя подержать или присвоить.
То же касается и всех существующих явлений:
они - лишь одна внешняя видимость, то, что видит наш ум. Не обладая' конкретной, самостной природой, они являются плодом взаимодействия различных причин и условий. Они возникают, пребывают в некотором состоянии и исчезают,
причем все время непрерывно меняясь. Это справедливо и по отношению к нам самим. Не важно, что подсказывает нам врожденная цепкость "эго", вещественного, самообусловленного "я" мы не найдем нигде - ни внутри, ни вне наших постоянно меняющихся ментальных и физических компонент. Мы и все без исключения другие явления лишены даже мельчайщего атома самостности. Мы "пусты". Именно эта пустота (шуньята) составляет изначальную природу всего сущего.
Трактат, в котором изложены наиболее глубокие учения Будды Шакьямуни о пустоте, называется "Праджняпарамита" ("Сутры Совершенства Мудрости" - текст, который символически держит в левой руке Манджушри, олицетворяющий мудрость полного пробуждения). А человеком, разъяснившим и распространившим это учение, был знаменитый индийский философ и толкователь буддийских текстов Нагарджуна, который помимо этого является и великим адептом тантрийской практики, махасиддхой.
Система философского анализа Нагарджуны известна как Мадхъямика, или Срединный Путь, поскольку она избегает в своем подходе крайностей. Срединный Путь пролегает между утверждениями о существовании и несуществовании "себя" как такового, этернализмом и нигилизмом, переоценкой и недооценкой явлений. Согласно Нагарджуне, все обычные представления, сложившиеся у нас на тот или иной счет, ошибочны. Почему? Да потому, что мы обычно склонны приписывать объектам нашего опыта такие не присущие им качества, как конкретность, независимость и самостную природу. Другими словами, наше обыденное, невежественное видение реальности - как наше внутреннее чувство самости, так и восприятие внешних, поверхностных форм других явлений (звуков, зрительных образов и т.д.) - предвзято и двойственно.
Как уже обсуждалось ранее, мы постоянно проецируем созданный нами ложный образ на все, с чем имеем дело, а затем верим, что этот ложный образ и есть сам объект. Когда мы получим некоторое представление о том, насколько ложно наше обыденное двойственное видение реальности, то можем слишком остро на это отреагировать и начать вообще отрицать существование как таковое. Это нигилистическая крайность, которая не только абсолютно ошибочна, но и крайне опасна. Нам
нужно понять, что вещи существуют, но не тем конкретным образом, как мы привычно предполагаем. Суть культивации правильного видения пустоты заключается в том, чтобы полностью отринуть представления о независимом существовании "себя" как такового, не отрицая реально существующего во взаимозависимости бытия.
Когда мы пытаемся применить логическое обоснование для того, чтобы доказать себе, что что-то обладает пустотной природой - другими словами, не обладает самообусловленным, конкретным бытием, - то иногда возникает ощущение, что мы чуть-чуть перебарщиваем в своих стараниях. "Это пустотно по такой или сякой причине... нет вот по этой": Иногда возникает ощущение внутреннего дискомфорта. Такое, скорее всего, может произойти; упорное обращение к логике чаще вредит нашему пониманию, чем способствует ему. В такие моменты лучше всего ослабить натиск нашего логического мышления и просто понаблюдать, как изучаемый нами предмет функционирует, действует, откуда он берется и так далее. К примеру, когда мы что-либо изучаем с целью выяснения, существует ли оно само по себе (как это кажется) или нет, то лучше всего помнить следующее: "Этот предмет был собран людьми на фабрике; затем его отправили в магазин; затем пришел я и купил его, а теперь вот пользуюсь им". Если взглянуть на эту вещь под таким углом зрения, то отсутствие в ней самостной природы становится более явным. Мы рассматриваем ее как нечто развившееся из определенных причин, зависящее в своем существовании от многих факторов и функционирующее тем или иным образом;
такое понимание этой вещи смягчит общее впечатление о ней, как о чем-то независимом и конкретном, существующем как некий основательный, самодостаточный объект. Такой подход к пониманию взаимозависимости вещей и не существования "себя" как такового, или пустоты очень удобен и прямолинеен. Когда мы освоим его, то без труда поймем, почему многие великие мастера прошлого утверждали, что взаимозависмость, или взаимообусловленность - королева логического обоснования, а также лучший способ постичь истинное положение вещей.
Согласно Нагарджуне, правило, гласящее, что вещи не обладают истинно независимой самостной
природой, не имеет исключений. Ум - тоже не исключение; и Будда не исключение. Мы не можем сказать, что какой-то никчемный предмет, вроде мусорного ведра, пустотен и не существует сам по себе, а некое высокочтимое существо, например, сам Будда Шакьямуни, обладает абсолютной и истинно самостной природой. Это не так. С точки зрения пустотности и недвойственности, изначальная природа Будды и изначальная природа мусорного ведра идентичны.
Практический вывод из всех этих рассуждений заключается в следующем: необходимо воздерживаться от опрометчивого суждения о любом из двойственных проявлений (то или это, хорошо или плохо и т.д.) как об абсолютно истинном, но также ,не следует такое проявление полностью отвергать. Вместо этого мы должны стать чуть более свободны в своих воззрениях, чуть более скептичны. Нам следует иметь в виду следующее: поскольку вещи видятся нам с той или иной конкретной стороны, то они обладают некой способностью ввести нас в заблуждение и вызвать внутренний конфликт. Если мы четко осознаем это, то уже не позволим себе с готовностью попасть под их чары. И если мы затем обучим себя созерцать изначальную ясность ума, то обретем умение входить в состояние недвойственности, в котором смятение и противоречивость окончательно исчезают.
 

СЛОВАРЬ ТЕРМИНОВ
Авалокитешвара (таб. - Ченрези) - мужское медитативное божество, олицетворяющее сострадание полного просветления.
Бардо (тиб.) - промежуточное состояние между смертью и повторным рождением.
Бесповоротный выход (тиб'. - нге-джунг) - подход, связанный со стремлением оставить позади страдания сансары, а также их причины и вместо этого обрести покой нирваны, или полного просветления состояния Будды; в этой связи обычно употребляется термин "отречение".
Бинду (санскр.) - см. "капли".
Блаженство - крайне приятное ощущение; в высшей йога-тантре тончайшее сознание ясного света испытывает великое блаженство, сосредоточившись на пустоте.
Бодхичитта (санскр.) - альтруистическое побуждение бодхисаттвы; желание достичь просветления, для того чтобы приносить благо другим; полностью открытое и посвятившее себя другим существам сердце.
Бодхисаттва (санскр.) - тот, чья духовная практика направлена на достижение просветления; тот, кто обладает сострадательным побуждением бодхичитты.
Божественная гордость - сильная убежденность в достижении состояния определенного медитативного божества; ср. стадия зарождения.
Будда 1) (санскр.) - полностью просветленное существо; тот, кто устранил все омрачающие ум факторы и развил в совершенстве все добродетельные качества; первая из трех драгоценностей прибежища.
Будда - 2) см. "Будда Шакьямуни"
Будда Шакьямуни (563-483 гг. до н.э.) - четвертый из тысячи основных будц современной эпохи; по происхождению - принц из североиндийского клана Шакья, обучал пути сутры и тантры, ведущему к освобождению и полному просветлению; основатель той философской системы, которая сейчас известна как буддизм.
Буддовость, или состояние будды, - см. "просветление".
Ваджрное тело - система каналов, энергетических ветров (тиб. терминология, используемая для описания движения энергетических потоков) и капель, существующая внутри обычного физического тела человека и активизируемая через практику высшей йогв-тантры, в результате чего возникает крайне утонченное состояния ума, позволяющего пережить блаженство (ср. "ясный свет"), что в свою очередь ведет к зарождению всепроникающей мудрости, способной искоренить омраченность ума.
Ваджрадхара (тиб. - Дордже-чанг) - мужское медитативное божество; обличье, через которое Будца Шакьямуни раскрывает ученикам учение тайной мантры.
Ваджрасаттва (тиб. - Дордже-семпа) - мужское медитативное божество; основная очистительная тантрииская практика, направленная на устранение препятствий, порожденных негативной кармой и нарушением данных обетов; ср. "предварительные практики".
Ваджрайогиш (тиб. - Дордже-налджорма) - женское медитативное божество; традиционно связываемое с Херука Чакрасамвара.
Ветер энергии - (санскр. - прана) - составляющая ваджрного тела; энергия, служащая в качестве основы для различных "грубых" и тонких состояний сознания.
Визуализация - использование творческого воображения в медитации, например при воссоздании и проявлении себя в обличье определенного медитативного божества; несмотря на этимологию этого термина, визуализация не всегда ограничивается зрительным рядом, но включает в себя весь спектр изобразительных средств (слух, осязание и т.д.).
Внутренний огонь (тиб. - тум-мо) - энергия, располагающаяся в чакре манипуре (в районе пупка), активизируемая на стадии завершения высшей йоги-тантры и используемая для направления энергетических ветров в центральный канал; называемая также "внутренним жаром", "физическим жаром".
Высшая йога-тантра (санскр. - ануттара-йога тантра)
- четвертая и главная часть тантрийской практики, состоящая из стадий зарождения и завершения; через практику этого класса
• тантр тантрик может достичь полного просветления в течение одной жизни.
Гуру (санскр.; тиб. - лама) - духовный руководитель или наставник; тот, кто указывает последователю путь к осовобождению и просветлению; в тантре учитель рассматривается как единое целое с медитативным божеством и тремя драгоценностями прибежища.
Гуру-йога (санскр.) - основная тантрийская практика, в которой гуру рассматривается как существо, тождественное буддам; медитативному божеству (чью практику выполняет ученик), а также сущностей природе ума ученика.
Дока (санскр.) - буквально "небоходец" (тиб. ка-дро); мужское божество, помогающее (опытному) тантрийскому практику активизировать энергию блаженства.
Докипи (санскр.) - буквально "женщина-небоходец" (тиб. . кадро-ма); существо женского рода, помогающее опытному тантрийскому практику активизировать энергию блаженства.
Далай-лама - мирской и духовный лидер Тибета; признан как воплощенный в человеческом облике Авалокитешвара, будда сострадания; современный Далай-лама Тэнзин Гьяцо родился в 1935 году и является четырнадцатым по счету в своей линии.
Двойственное видение - характерное для непробужденного сознания невежественное видение, при котором все вещи воспринимаются в ложном свете как обладающие самостной природой; при таком видении, внешний облик объекта смешивается с ложным образом его независимости или самости, таким образом приводя к развитию последующих двойственных взглядов относительно субъекта и объекта, себя и остальных и так далее.
Дхарма (санскр.) - духовные учения; буквально: "то, что удерживает от страданий"; вторая из трех драгоценностей прибежища.
Дхармакайя (санскр.) - см. "тело истины".
Заблуждение (санскр. - клеша; тиб. - ньен-монг) - фактор, омрачающий в своей основе чистую природу ума и таким образом приводящий к страданиям и состоянию неудовлетворенности; главное из заблуждений - невежество, поскольку оно
порождает такие заблуждения, как пристрастная привязанность, ненависть, зависть и проч.
Иллюзорное тело (санскр. - майякаия; таб. - гйю-лу) - тонкая телесная форма, зарождаемая через практику стадии завершения высшей йоги-тантры.
Инициация - посвящение, см. "передача силы". Йидам (тиб.) -'- см. "медитативное божество".
Йога (санскр.) - духовная дисциплина, к которой человек "прикрепляет" себя с целью достижения полной интеграции тела и ума.
Йоги божеств - тантрийская практика "зарождения" себя в облике одного из медитативных божеств среди пречистого окружения.
Йога пустоты - в буддийской тантре практика растворения, рассеивания всех внешних проявлений в пустоте, используемая как предпосылка к самовоссозданию в пречистом облике медитативного божества.
Йогин - мужчина, практикующий йогу; тантрийский адепт.
Йогиня - женщина, практикующая йогу; тантрийский адепт.
Сострадание - (санскр. - каруна) - желание, чтобы все существа освободились от умственных и физических страданий; предпосылка для развития бодхичитты; символизируется Авалокитешварой.
Кайя (санскр.) - см. "три тела Будды".
Калачакра (тиб. - Ду-кор) - буквально: колесо времени;
мужское медитативное божество высшей йоги-тантры, в практике которого содержатся наставления по медицине, астрологии и т.д., так же как и путь к просветлению.
Каналы (саскр. - нади) - составляющая ваджрного тела, по которой происходит движение энергетических ветров и капель.
Капли (санскр. - бинду) - составляющая ваджрного тела, используемая при зарождении великого блажества; бывают двух видов - красные капли, получаемые при зачатии от матери, и белые - получаемые от отца.
Карма (санскр.) - действие; закон причины и следствия, в котором благие поступки приносят счастье, в то время как отрицательные - страдание.
Колесо энергии - см. "чакра".
Колесница (санскр. - яна) - средства, указывающие практикующему путь и ведущие его к достижению желанной духовной цели; ср. "сугрвяна" и "тантраяна".
Концентрация - умение сосредоточить свой ум на любом выбранном объекте медитации, мысленно удерживая этот объект.
Коренной слог - в тантрийских визуализациях это возникающий из пустоты слог на санскрите, из которого в свою очеред1 возникает медитативное божество.
Кундалини (санскр.) - энергия блаженства, спящая в физическом теле, активизируемая через тантрийскую практику и используемая для зарождения проницательного проникновения (инсайта) в истинную природу реальности.
Лама (тиб.; саискр. - гуру) - духовный руководитель или наставник в буддийской традиции .Тибета; ср. "гуру".
Мадхьямика (санскр.) - Срединный Путь; система анализа, основателем которой является Нагарджуна, основанная на Сутрах Совершенства Мудрости Будды Шакьямуни; считается превосходящим остальные изложением мудрости пустоты; ср. "Срединный Путь".
Мандола (санскр.) - круговая диаграмма, символизирующая всю Вселенную; место обитания медитативного божества, осознаваемое как эманация мудрости этого божества; в переносном смысле - окружение какой-либо личности, рассматриваемое как отражение состояния ее ума.
Манджушри (тиб. - Джам-пел-йанг) - мужское медитативное божество, воплощение мудрости полного просветления.
Мантра (санскр.) - буквально: защита ума; слоги на санскрите, читаемые в связи с практикой определенного медитативного божества и воплощающие качества этого божества.
Март, или Марба (1012-1096) - основатель традиции Кагью в тибетском буддизме; прославленный тантрийский мастер и переводчик; последователь Наропы и гуру Миларепы.
Махамудра (санскр.) - великий символ; глубочайшая система медитативного созерцания природы ума и изначальной природы реальности.
Махасиодха (санскр.) - достигший высочайших степеней развития тантрийский практик.
Медитация - процесс тщательного освоения благоприятных состояний ума, как через аналитическое исследование, так и через концентрацию на определенном предмете.
Медитация умственного проникновения, или медитативный инсайт (санскр. - випасхьяна) - исследование и ознакомление с истинным положением, образом существования вещей;
используется для развития мудрости пустоты.
Медитативное божество (тиб. - йи-дам) - существо мужского или женского рода, воплощающее определенный аспект опыта полного просветления и используемое в тантре для концентрации и самоотождествления.
Миларепа (1040-1123) - выдающийся последователь Марпы, получил признание благодаря своей напряженной практике, преданности гуру, достижению просветления и многочисленным песням духовной реализации.
Мудрость (санскр. - праджня; тиб. - ше-раб) - безошибочное понимание природы вещей; в частности, мысленное проникновение (инсайт) в природу пустоты, то есть истинный образ существования всех вещей; противоядие от невежества; симво[ лизируется Манджушри.
Нагарджуна - индийский махасиддха, давший толкование Сутрам Совершенства Мудрости Будды Шакьямуни; основатель философской школы мадхъямиков.
Нади (санскр.) - см. "каналы". Наланда-университет монастырского типа на севере Ин дии; один из основных источников распространения тантрийских учений на территорию Тибета.
Наропа - индийский махасиддха, живший в XI в. и передавший множество глубоких тантрийских учений, в том числе учение Херука Чакрасамвара и Ваджрайогини; последователь Тилопы и гуру Марпы.
Невежество или неведение (санскр. - авидья; тиб. - ма, риг-па) - ошибочная уверенность в независимой, самостной природе всех вещей; заблуждение, являющееся корнем сансары и источником всех страданий, уничтожаемых мудростью пустоты.
Недвойственная мудрость - понимание истинного образа существования всех вещей, свобода от двойственных воззрений;
часто употребляется как синоним "мудрости пустоты".
Нирвана (санскр.) - состояние всецелого освобождения от сансары; цель практика, стремящегося к собственному избавлению от страданий; обычно говорят о двух уровнях достижения состояния нирваны: нирвану "низшего" уровня связывают с упомянутым выше этапом личного освобождения из пут сансары, в то время как нирвана "высшего" уровня означает несравненное достижение всецело просветленного состояния будды.
Нирманакайя (санскр.) - см. "тело эманации". Освобождение - см. "нирвана". Отречение - см. "бесповоротный выход".
Помнен Лама (1570-1662) - Панчен Лама Первый (гуру Пятого Далай-ламы), автор многочисленных учений по сутре и тантре, в том числе таких трудов, как "Подношение духовному мастеру" и текст махамудры "Основной путь покорителей".
Передача силы, разрешение на практику (тиб. - вант) - передача, получаемая от тантрийского мастера, позволяющая последователю заниматься практикой определенного медитативного божества; также в этом смысле употребляется термин "инициация".
Перерождение- вхождение сознания в состояние нового существования после смерти, а иногда - в промежуточное состояние; целью тантрийской практики является освобождение этого процесса из-под контроля заблуждений.
Прана (санскр.) - см. "ветры энергии".
Предварительные практики (тиб. - нендро) - медитации, предназначенные для преодоления препятствий и накопления энергии заслуг, что необходимо для успешной практики тантры.
Принять прибежище - обратить ум к подлинному источнику зашиты от страданий сансары; в буддизме это означает вверить себя трем драгоценностям - будде, дхарме и сангхе.
Промежуточное состояние - см. "бардо".
Просветление (санскр. - бодхи) - полное пробуждение;
состояние будды; конечная цель буддийской практики, достигается, когда устранены все ограничения ума и осуществлен положительный потенциал; состояние, характеризуемое безграничным состраданием, высокой степенью мастерства и мудростью.
Пустота (санскр. - шуньята) - отсутствие ложных представлений о существовании вещей; в частности, отсутствие не' зависимой, самостной природы явлений.
Путь ступеней (тиб. лам-рим) - представление учений Будды Шакьямуни в форме, удобной для постепенного (шаг за шагом) обучения ученика.
Равностность - одинаковое отношение ко всем, культивируемое за счет преодоления привычки разделять окружающих на друзей, врагов и посторонних; необходимая основа для развития мотивации сострадательной бодхичитты.
Резидентный ум, или ум сознания - очень тонкий уровень ума, находящийся в сердечной чакре и поддерживающий непрерывное существование от жизни к жизни (вместе с питающим ;
его неуничтожимым энергетическим ветром). '
Садхана (санскр.) - метод выполнения; подробные инструкции, которые шаг за шагом описывают практику медитации, посвященную конкретному медитативному божеству.
Самадхи (санскр.) -состояние углубленного медитативного созерцания; концентрация на истинной природе вещей, свободная от блуждания мыслей и двойственных концепций.
Самообожание - эгоцентрический подход, при котором ктолибо ставит свое собственное благополучие выше счастья всех остальных; основное препятствие, преодолеваемое при развитии бодхичитты.
Самостоятельное существование, самобытие, самость вещей - ошибочное представление о том, что вещи существуют сами по себе, независимо от причин, условий, явлений и процесса концептуальной обусловленности; мудрость пустоты заключается в понимании того, что ни одна из вещей не обладает ни единым , атомом самости, другими словами, она "пустотна".
Самбхокакайя (санскр.) - см. "тело наслаждения".
Сангха (санскр.) - духовная община; третья из драгоценностей прибежища.
Сансара (санскр.) - циклическое существование; постоянно повторяющийся цикл смерти и перерождения, обусловленный невежеством и несущий в себе страдания.
Смерть - отделение ума от тела, конец жизни.
Состояние пробуждения - состояние просветленного существа, пробудившегося от сна невежества.
Срединный Путь - подход, представленный в Сутрах Совершенства Мудрости Будды Шакьямуни и истолкованный Нагарджуной как взаимозависимость всех существующих явлений, что влечет за собой идею об ошибочности крайних подходов этёрнализма и нигилизма, отрицания или утверждения самобытия явлений; ср. "Мадхъямика".
Стадия зарождения (тиб. - кйе-рим) - первая из двух стадий высшей иога-тантры, на протяжении которой культивируется ясное созерцание и божественная гврдость в отношении избранного медитативного божества.
Стадия завершения (тиб. - дзог^рим) - вторая из двух стадий высшей йоги-тантры, на протяжении которой обретается контроль над ваджрным телом через такие практики, как практика внутреннего огня.
Сутра (санскр.) - учение Будды Шакьямуни; раздел буддийских учений, предшествующих тантризму и делающих ак цент на культивации бодхичитты и практиках шести совершенств, а именно щедрости, дисциплины, терпения, усилия, медитативного сосредоточения и мудрости.
Сутраяна (санскр.) - дотантрийская колесница буддизма, ведущая к достижению полного просветления через три неисчислимые эпохи, через практику шести совершенств; таким образом, известна также как колесница совершенств (санскр. -. парамитаяна).
Сутры Совершенства Мудрости (санскр. - Праджняпарамита-сутра) - учения Будды Шакьямуни, в которых изложены мудрость пустоты и путь бодхисаттвы.
Тайная мантра - тантрийские учения Буддизма; см. "тантраяна".

Тантра (санскр.) - буквально "нить непрерывности"; тексты буддийских учений тайной маитры; часто используется для обозначения самих учений.
Тантраяна (санскр.) - колесница буддизма, последующая за сутрой; учение, с помощью которого можно достичь освобождения в течение одной жизни; называемая также "молниеносной колесницей"; а также "ваджраяной", "мантраяной".
Тантрийскчй мастер - гуру, обладающий компетенцией давать посвящения и вести учеников по тантрийскому пути к просветлению.
Тара (тиб. - Долма) - женское медитативное божество, олицетворяющее добродетельное поведение полностью просветленного существа; рассматривается как мать всех будд прошлого, настоящего и будущего.
Тело истины (санскр. - дхармакайя) - ум полностью просветленного существа, свободный от всех омрачений и пребывающий в медитативно-сосредоточенном состоянии прямого восприятия пустоты при одновременном осознании всех явлений; см. "три тела Будды".
Тело наслаждения, или тело величия (санскр. - самбхогакайя) - или "тело совершенных сведений", то есть форма, в которой просветленный ум проявляется для того, чтобы приносить благо высокоосуществленным бодхисаттвам; см. "три тела • Будды". I
Тело эманации, или тело воплощения (санскр. - нирманакайя) - форма, в которой проявляется просветленный ум, для того чтобы приносить благо обычным существам; см. "три тела Будды".
Талона - махасиддха, живший в Х в.; гуру Наропы; источник множества учений традиции тайной мантры.
Тотальность - состояние, в котором отсутствуют все ограничения на пути к полному развитию и выражению внутреннего потенциала; нетрадиционнь1й синоним слов "просветление" и "буддовость", используемый Ламой Йешей.
Три тела Будды (санскр. - три-кая) - неограниченный ум (дхармакая) просветленного существа, его явление высокоосуществленным бодхисаттвам (самбхогакайя) и его явление обычным существам (нирманакайя); ср. "тело истины", "тело наслаждения", "тело эманации".
Три драгоценности прибежища - будда, дхарма и сангха. Три основных принципа пути - основные учения пути
сутры к просветлению; см. "бесповоротный выход", "бодхичитта" и "пустота".
Тум-мо (тиб.) - см. "внутренний огонь".
Хатха-йога (санскр.) -физические упражнения, направленные на достижение человеком телесной гибкости, что способствует устранению "блоков", препятствующих правильному движению энергетических ветров; используется в определенных практиках, связанных с ваджрным телом.
Херука Чакрасамвара (тиб. - Кор-ло дем-чог) - мужское медитативное божество высшей йога-тантры.
Центральный канал - (санскр. - авандути, сушумна; тиб. - ца у-ма) - основной энергетический канал ваджрного тела, представляемый как полая трубочка света, расположенная спереди позвоночника.
Цепкость "эго", или цепкое удержание "эго" (санкр. - атмаграха; тиб. - даг-джин) - невежественное принужденное стремление рассматривать свою собственную личность, или "я" как нечто постоянное, самостное и независимое от других явлений.
• Цэонкхава(1351-14П) -основатель традиции гэлугпа тибетского буддизма; внес новые изменения во многие учения сутры и тантры, а также в монашескую традицию Тибета в целом.
Циклическое существование - см. "сансара"
Чакра (санскр.) - колесо энергии; расположенные вдоль центрального канала места сосредоточения энергии, на которые устремляется внимание практикующего (особенно на стадии завершения йога-тантры).
Четыре класса тантр - разделение тантр на четыре группы: крийя (действие), чарйя (исполнение), йога и ануттара-йога (высшая йога).
Четыре благородные истины - содержание первой проповеди, или сутры Будды Шакьямуни, а именно: 1) страдание; 2) причина страдания; 3) прекращение страдания и 4) путь, ведущий к прекращению страданий.
Чистая земля - область существования за пределами сансары, в которой присутствуют все условия, благоприятствующие достижению полного просветления.
Шуньята (санскр.) - см. "пустота".
Шесть Йог Наропы - учения, в основном относящиеся к практикам стадии завершения высшей йога-тантры.
Ясное созерцание - визуализация себя и своего окружения в пречистой форме медитативного божества и мандала; см. "стадия зарождения".
Ясный свет (тиб. - о-зел) - крайне утонченное состояние ума, достигаемое при растворении всех энергетических ветров в центральном канале (что происходит в момент смерти или на стадии завершения высшей йога-тантры).